logo
 

РУССКИЙ ЯЗЫК

 

Древнейшие из дошедших до нас сведений о кельтах отрывочны и совершенно случайны. Геродот в середине V века до н. э. упоминает об этом народе, говоря о местонахождении истока Дуная, а Гекатей, который прославился чуть раньше (ок. 540–475 до н. э.), но чья работа известна лишь по цитатам, приводимым другими авторами, описывает греческую колонию Массалия (Марсель), располагавшуюся, по его словам, на земле лигуров рядом с владениями кельтов. В другом отрывке Гекатей называет кельтский город Ниракс – это место, по всей вероятности, соответствует Нории на территории древнего Норика, который можно приблизительно соотнести с современной австрийской провинцией Штирией.

В своем великом труде «История» Геродот уделяет мало внимания как истоку Дуная, так и кельтам. Это прискорбно, поскольку археологические исследования доказали всю ценность и точность его суждений о других племенах, в особенности о скифах, информацию о которых он получал из первых уст. Однако важным представляется тот момент, что и Геродот, и, по всей видимости, Гекатей не считали необходимым подробно рассказывать грекам о нравах и обычаях кельтов.

Подробнее...

Временно оставим в стороне материальные источники и предпосылки – на первый план снова должны выйти античные историки, чьи произведения позволяют оценить степень вмешательства кельтов в жизнь просвещенного мира древнего Средиземноморья. Здесь мы попытаемся составить лишь хронологическую канву событий, более подробная информация непосредственно о кельтах будет проанализирована в следующих главах.

Примерно через четверть века после смерти Геродота в Северную Италию вторглись варвары, пришедшие по альпийским перевалам. Описания их облика и имена свидетельствуют о том, что это были кельты, но римляне называли их galli (отсюда Gallia Cis– и Transalpina – Цизальпинская и Трансальпинская Галлия). Более двух веков спустя Полибий упоминает захватчиков под именем galatae – это слово использовали многие древнегреческие авторы.

Подробнее...

В этой главе, посвященной происхождению кельтов, Геродот и Цезарь уже упоминались как личности, чья деятельность знаменует собой две исторические вехи, – Геродот, поскольку он считается отцом истории и антропологии, Цезарь, поскольку его военные кампании положили конец независимости кельтов. Труды античных авторов, живших после Цезаря, безусловно, содержат больше полезной информации о кельтах, однако они не способны изменить общую картину. Следующая задача – рассмотреть проблему в свете археологии.

В ответ на вопрос о культурном фоне, связанном с историческими сведениями о кельтах в период от Геродота до Цезаря, большинство археологов – в первую очередь представители континентальных школ – не задумываясь назовут две широко распространенные материальные культуры железного века, известные под названиями «гальштатская» и «латенская» и подтверждающие в географическом и хронологическом плане письменные свидетельства (карты 4, 6). Однако, вместо того, чтобы немедленно перейти к их подробному анализу, представляется нелишним начать с более удаленной во времени отправной точки и обратиться к другим векам и регионам, также освещенным письменной историей.

Подробнее...

Первая половина 2-го тысячелетия до н. э., помимо всего прочего, привела на территорию Европы торговцев металлическими изделиями и положила начало обработке металлов ее обитателями. Каким образом европейцы узнали технологии обработки, сказать сложно – либо исключительно благодаря общению с иноземными купцами, либо основополагающим фактором стали миграции из Малой Азии.

Древнейшие медные и бронзовые изделия, в основном украшения и оружие, найдены в Греции и на Восточных Балканах, на землях Среднего Дуная и Трансильвании. Большая часть этих вещей имеет анатолийские прототипы, а распространение в Греции, Македонии и даже в более северных районах стиля анатолийской керамики свидетельствует, что там бывали не только странствующие торговцы из Малой Азии, но и находили пристанище семьи переселенцев.

Подробнее...

Помимо приемов обработки металлов и изготовления каменных копий боевых топоров, в культуре европейских и понтийских скотоводов были и другие общие черты, выявленные с помощью археологии, – для этнологии они, возможно, имеют даже большее значение, чем виды оружия. Например, на основании изучения глиняной посуды, обнаруженной в одиночных захоронениях под круглыми курганами, или холмами (это был основной способ погребения), можно сделать вывод о широком распространении определенных типов сосудов и орнаментов (рис. 2). И понтийские, и европейские племена занимались свиноводством и держали крупный рогатый скот, значит, в отдельных регионах зерновые культуры если и выращивали, то в очень небольших количествах. Возможно, наибольший интерес представляет вопрос о том, разводили ли они лошадей и как использовали в хозяйстве этих животных. Здесь на помощь снова приходит лингвистика: документальные свидетельства середины 2-го тысячелетия до н. э. – хеттские и связанные с хеттами источники – подтверждают, что коневодческая терминология была в полной мере отражена в индоевропейском языке, вплоть до того, что даже личные имена содержали «лошадиные» элементы.

Подробнее...

В эпоху расцвета Микен европейская торговля была ориентирована главным образом на этот рынок, что принесло ощутимые результаты в освоении новых декоративных стилей и приемов производства. Закат микенской цивилизации и распад хеттской империи, начавшийся в XIII веке до н. э., пошатнули основы международного порядка и хозяйственного уклада. Свидетельства тому – участившиеся разбойные набеги в прибрежных районах Восточного Средиземноморья – хорошо известны истории. Предположение о том, что грабежами промышляли обитатели Центральной Европы, малоубедительно – в соседях у средиземноморцев было множество варварских племен, которые занимали более выгодные позиции для нападения, – однако отголоски событий в этом регионе были, по всей видимости, весьма ощутимы на Среднем Дунае. Суматоха на Средиземноморье могла заставить многих земледельцев бросить свои дома и переселиться в верховья Дуная. Это всего лишь один из множества аспектов, связанных с вопросом распространения полей погребальных урн на территории Европы. Причина их появления в Северной Италии и еще более отдаленных землях на севере Карпат, в Восточной Германии и Польше требует подробного рассказа о других популяционных группах и культурах, что выходит за рамки обсуждаемой темы.

Подробнее...

В предыдущих параграфах с позиций археологии были рассмотрены этапы существования доисторического населения Средней Европы, начиная с его появления на этих землях и заканчивая периодом укрепления позиций, которое произошло примерно к началу X века до н. э. Судя по содержимому могил, социальное неравенство в среде носителей культуры полей погребальных урн было не слишком велико, хотя в некоторых захоронениях, кроме сосудов с прахом, обнаружены мечи и посуда, что указывает на их принадлежность вождям или старейшинам свободных родов, к которым в маленьких деревенских общинах могли относиться с особым уважением. О том, что в те времена хоть и редко, но появлялись вожди более высокого ранга, свидетельствуют такие погребения, как могильник в окрестностях Милавеца в Богемии: прах умершего помещен в бронзовый сосуд, водруженный на колеса, рядом лежат бронзовый меч и другие предметы. В Харт-ан-дер-Альце (Бавария) открыто захоронение, содержащее остатки трупосожжения, искусно выкованный меч, три бронзовых и несколько глиняных сосудов тонкой работы, предназначенных, видимо, для потустороннего пира, и, что представляет наибольший интерес, оплавившиеся в огне остатки бронзовых деталей для четырехколесной повозки. Это первое прямое доказательство того, что носители культуры полей погребальных урн использовали повозки в хозяйстве и погребальных ритуалах.

Подробнее...

Ареал распространения кельтских названий на территории современных Испании и Португалии достаточно широк и в общих чертах совпадает с картой полей погребальных урн, путь создателей которых можно ретроспективно проследить через Южную Францию и долину Роны до юго-западных пределов североальпийской культурной провинции полей погребальных урн. Их экспансия, начавшаяся в период и в условиях позднего бронзового века, едва успела достичь Каталонии, как мигрантов захлестнула волна очередного влияния – гальштатской культуры, зародившейся на их прародине, – принесшая с собой новые приемы обработки металлов и новый художественный стиль. Каталонские поля погребальных урн появились, по всей вероятности, не раньше начала VII века до н. э., но, вне зависимости от реальной даты их основания, это единственное удовлетворительное объяснение распространению кельтских названий на Иберийском полуострове.

Подробнее...

Как упоминалось выше, белги были единственным кельтским или отчасти кельтским народом, чьи миграции в Британию имеют прямые документальные подтверждения. Согласно историческим и археологическим данным, переселение произошло в начале I века до н. э., однако прежде необходимо вернуться в более отдаленные времена и рассмотреть археологические доказательства существования тех кельтоговорящих популяционных групп, намек на которые содержится в перипле Пифея. Об их противостоянии с белгами рассказывает Цезарь, а Тацит говорит о них как о противниках римлян. Эти племена жили неподалеку от древних белгских королевств на континенте.

Археологические данные, касающиеся Британии и Ирландии, свидетельствуют о том, что на этих островах в конце 2-го тысячелетия до н. э., когда на континенте начала оформляться североальпийская культурная провинция полей погребальных урн, существовала инертная, но широко распространенная материальная культура, опиравшаяся, с одной стороны, на наследие культур колоколовидных кубков и боевых топоров и, с другой, на мезолитические и западные неолитические источники.

Подробнее...

Кельтский язык и литература, сохранившиеся в Ирландии с древних времен, дают богатейший материал для исследования, однако комплекс археологических свидетельств, касающихся этого острова, далеко не полон.

Начиная с эпохи ранней бронзы Ирландия играла важную роль в производстве металлических изделий, и островные бронзовых дел мастера не мешкая осваивали новые приемы литья и более совершенные формы изделий. При этом не найдено никаких указаний на переселение в Ирландию чужестранцев, которые могли стать их учителями. Возможно, впервые это произошло в VI веке до н. э., которым датируют большое число бронзовых и керамических вещей, найденных на обширных территориях – горы Антрим и Даун на севере, Уэстмит и Роскоммон в центре, Клэр и Лимерик на юго-западе – и свидетельствующих о появлении в Ирландии переселенцев, которые были носителями одного из вариантов гальштатской материальной культуры.

Подробнее...

Кельты предстали на страницах истории как варварский народ, появившийся на свет в Североальпийском регионе в первые века последнего тысячелетия до н. э. и являвший собой некую общность самостоятельных племен.

Схожие черты в материальной культуре, земледельческом хозяйственном укладе, социальной организации и языках – плод смешения чужеродных, по крайней мере отчасти, носителей культуры полей погребальных урн с древним местным населением, – достигли тождественности с появлением правящих династий, чьи представители похоронены в «княжеских» погребениях, относящихся к гальштатской и латенской культурным эпохам.

Подробнее...

Выше уже упоминалось о том, что греки во времена Геродота без труда узнавали кельтов среди других варваров по разнообразным национальным чертам, точно так же, как еще совсем недавно можно было отличить друг от друга жителей большинства стран Европы по одежде и внешнему виду. Доминировавший у кельтов физический тип стал предметом комментариев античных авторов после эпохи великой кельтской экспансии, охватившей и Северную Италию. Во II веке до н. э. Полибий, использовавший, возможно, ранние источники, упоминает об устрашающем облике могучих галльских воинов, более подробное их описание можно найти в трудах, созданных немного позже, в том числе у Страбона, Диодора Сицилийского и Плиния.

Подробнее...

Самым характерным кельтским украшением была шейная гривна из золота или бронзы, реже – из серебра. Ее принято называть «торк», от латинского torquis – это слово использовали при описании древнеримские авторы, хотя образцы, сделанные из перекрученных металлических прутьев или пластин, встречаются крайне редко. Тем не менее термин сохранился – в силу своего античного происхождения и краткости. Торки вошли у кельтов в моду с бурным развитием латенского художественного стиля в середине V века до н. э. Этот период ознаменовался расширением контактов – главным образом за счет торговли и разбойных набегов – между кельтами, которые находились тогда на пике политического и военного могущества, и их соседями на юге и востоке. Идея создания торков была заимствована у восточных народов, и некоторые кельтские образцы напоминают работы персидских мастеров.

Подробнее...

Идеал красоты, пристрастие к украшениям и предпочтения в одежде, принятые у кельтов, подводят нас к вопросу об их характере, и, по счастью, античные авторы снова могут прийти на помощь и пролить свет на этот вопрос.

«Народ сей […] одержим войной, горяч и ловок в битве, при том же простодушен и неотесан». Несколько слов Страбона очень точно выражают то впечатление о кельтах, которое создается после прочтения любых письменных свидетельств о них, не противоречит мнение историка и образу кельтов в ирландской литературной традиции. Страбон дает понять, что его описание относится к кельтам периода независимости, до римского завоевания, и нельзя забывать, что он, так же как Диодор Сицилийский и другие авторы, использовал более ранние свидетельства, принадлежавшие людям, которые, вероятно, были не понаслышке знакомы с кельтами и их образом жизни.

Подробнее...

Изучение социальной структуры кельтского мира чрезвычайно важно, поскольку она представляет собой зеркало, где отражаются и жизнь всей дороманской трансальпинской Европы, и силовые линии, связывающие кельтов с богатейшим социальным и лингвистическим наследием, которое в различных формах сохранили основные индоевропейские народы. Археологический фон был очерчен в первой главе, теперь же, опираясь на сравнительную филологию и правоведение, можно сказать, что язык и социальная система вводят кельтов в рамки огромной индоевропейской семьи: наследие ариев, дожившее до нынешних времен в богатейшей устной традиции, демонстрирует прямое родство, параллели можно найти в жизни общества гомеровской Греции, а обитатели Италии, говорившие на италийских языках, имели, возможно, самые тесные связи с кельтами до вторжения этрусков и насаждения общественных институтов урбанистической Римской империи. Кельтская и арийская традиции сохранились почти в незамутненном виде во многом потому, что их воспреемникам на окраинах Древнего мира посчастливилось избежать последовавшего после распада Римской империи периода смуты и переселений, который пришлось пережить обитателям центра.

Подробнее...

Достижения кельтов в искусствах и ремеслах, не имеющие аналогов в культуре других древних обитателей трансальпинской Европы, – не подивились бы таланту мастеров разве что их евразийские соседи скифы, – обусловлены разнообразием среды обитания и природных ресурсов, веселым нравом, которым отличался этот народ, и гибкостью социальной структуры внутри свободных классов. В одной книге невозможно описать и проанализировать огромное количество творений из камня, золота, серебра, бронзы, железа и глины, сохранившиеся фрагменты деревянных поделок и образцы тканей, свидетельствующие об удивительном мастерстве и художественном вкусе кельтов. Это должно стать предметом отдельного археологического исследования, и потому нам придется ограничиться лишь некоторыми общими соображениями, которые необходимо принять в расчет.

Подробнее...

Отразить все многообразие проявлений кельтского (латенского) искусства подробно и адекватно в настоящем исследовании не представляется возможным. В некоторой степени этот пробел могут восполнить пояснения к иллюстрациям на вклейке, где даются развернутые характеристики образцов на фотографиях. Тем не менее в данном параграфе нельзя не упомянуть о других источниках, помимо греческого и этрусского, из которых кельты черпали вдохновение.

Во-первых, свою роль сыграла древняя исконная традиция трансальпинской Европы – абстрактные геометрические орнаменты, дополненные в периоды полей погребальных урн и Гальштата восточно-средиземноморскими мотивами, например меандром, солнечными символами и стилизованными птицами, в основном водяными.

Подробнее...

Развитие монетного дела подводит нас к вопросу о существовании у кельтов всеобщего денежного эквивалента. Свидетельство Цезаря о том, что в Британии наряду с золотыми и бронзовыми монетами были в ходу железные бруски определенного веса, использовавшиеся в качестве денег, подтверждено археологией. Эти бруски с загнутыми на одном конце краями напоминали необработанные клинки мечей (рис. 11) и имели хождение на некоторых землях Британии. Очевидно, что за пределами таких территорий и ареалов распространения монет, а также повсюду в более ранние времена (самые древние из найденных монет и железных брусков датируют I веком до н. э.) была принята другая единица стоимости. Здесь на помощь приходят филология и ирландская литературная традиция. Известно, что у индоевропейцев повсеместно мерилом ценности служил скот.

Подробнее...

Заключительные параграфы этой главы будут посвящены кельтским воинам. Их внешность и поведение произвели глубочайшее впечатление на римлян и греков – об этом свидетельствуют многочисленные описания и аллюзии в античной литературе, пергамское скульптурное наследие и прикладное искусство Италии. Можно с уверенностью предположить, что в устном эпосе кельтов главное место занимали подвиги на поле брани, точно так же как в ирландской литературной традиции, которая сохранила легенды о быте и нравах героического общества, мало чем отличающихся, за исключением позиции во времени, от жизненного уклада древних обитателей континента.

Подробнее...

Кельты были одержимы магией и привержены ритуалам не в меньшей, но и не в большей степени, чем остальные обитатели Древнего мира. Необходимо подчеркнуть слово «магия», поскольку религии как таковой они не знали, хотя в соответствии с современной антропологической концепцией их верования и можно назвать первобытной религией.

Подобно многим простым деревенским жителям последующих эпох, кельты верили, что магические силы пронизывают окружающий мир, влияют на все аспекты человеческой жизни и, таким образом, их можно использовать в своих интересах с помощью ритуалов, жертвоприношений и чтения вслух мифов – священных сказаний, которые служат божествам напоминанием, услаждают слух и побуждают снизойти до нужд простых смертных. Любые попытки выстроить верования кельтов по схеме великих мировых религий, сопоставить различные мифы о жизни после смерти, отношениях человека со сверхъестественным, с богами и сущностями, не поддающимися четкому определению, отыскать в них логику и иерархию, бесполезны и свидетельствуют о неверном понимании сути всей трансальпинской варварской цивилизации дороманской эпохи. Развитого, организованного, общепринятого пантеона, такого, как у греков и римлян, в кельтском мире не существовало, но во многих кельтских сказаниях, культах и сакральной терминологии просматриваются ростки индоевропейской традиции, к которой кельты принадлежали наравне с арийскими предками индусов и италийскими предшественниками римлян.

Подробнее...

Настало время обратить внимание на памятники римской Галлии и рейнских земель, иконография которых сохранила образы местных божеств, часто выступающих в паре с римскими богами и несущих отпечаток interpretatio romana.

Цезарь, не утруждавший себя увековечиванием подлинной истории галльских культов, мимоходом замечает, что кельты считали величайшим из богов Меркурия, а Аполлон, Марс, Юпитер и Минерва тоже были у них в чести. Латинские надписи на поздних галло-римских памятниках свидетельствуют, что принимать на веру это утверждение не стоит. В ассоциативном ряду, который вызывали у кельтов многочисленные имена местных божеств, высеченные на алтарях, первое место занимает Марс, за ним следуют Меркурий, Аполлон, Юпитер и другие. Но подобное на первый взгляд уподобление кельтских богов римским, по сути, – не более чем указание на сходство между каким-либо римским богом и одной из ипостасей любого кельтского племенного божества. Иногда кельтское имя связано одновременно с именами Марса и Меркурия – и даже в таких случаях природа кельтского божества не раскрывается полностью.

Подробнее...

За исключением крупных святилищ Рокепертюза и Антремона, созданных обитателями земель, которые были открыты влиянию более цивилизованных культур, места поклонения кельтов обустраивались довольно просто.

Самым привычным для них местом поклонения был священный лес или полоса земли, где росла роща священных деревьев. Именно таково, по всей видимости, значение слова «nemeton», которое часто входит составным элементом в названия, встречающиеся на всем протяжении кельтских владений (карта 8). В качестве примеров можно привести Друнеметон (Drunemeton), святилище и место схода галатов в Малой Азии, Неметобригу (Nemetobriga) в испанской Галиции, Неметак (Nemetacum) на территории атребатов в Северо-Восточной Галлии и Неметодур (Nemetodurum), от которого произошло современное название Нантер. В Британии было поселение под названием Вернеметон (Vernemeton) в Ноттингемшире, а в Южной Шотландии – Медионеметон (Medionemeton). В Ирландии слово «fidnemed» означало «священный лес», в одном латинском глоссарии nemed толкуется как sacellum – «небольшое святилище».

Подробнее...

Удивительное зрелище, возможно самое захватывающее, для современного человека представляют собой кельтские места поклонения, где сохранились собрания жертвенных даров. Цезарь упоминает виденные на полях межплеменных сражений груды оружия и трофеев, оставленных победителями, чтобы умилостивить божество поверженных врагов. Страбон цитирует рассказ путешествовавшего по Галлии в I веке до н. э. Посидония о несметных жертвенных сокровищах вольков-тектосагов, хранящихся на священных землях и в заводях в окрестностях Толосы (современная Тулуза). Эти сокровищницы были разорены римлянами в 106 году до н. э.; сохранились письменные сведения о том, что в них содержались изделия из необработанного золота и серебра, которые потом, вероятно, были переплавлены в слитки.

Упоминание Посидония о священных заводях, под которыми равно могли подразумеваться болота и топи, весьма примечательно, поскольку позволяет идентифицировать многие найденные археологами собрания предметов как вотивные клады. Из относящихся к кельтскому железному веку можно вспомнить находки непосредственно в Ла-Тене, в другом швейцарском местечке – Поре, а также в Ллин-Керриг-Бах на острове Англси и на землях Шотландии. Помимо этого, известны отдельные клады, обнаруженные в торфяных болотах и в реках, – собранные в них предметы могли быть дарами сверхъестественному существу. А в окрестностях кельтских поселений Северной Европы открыты чрезвычайно любопытные вотивные клады, содержащие вещи работы кельтских мастеров и проливающие свет на существо вопроса.

Подробнее...

Нить повествования о священных землях и вотивных кладах подводит нас к вопросу о жертвоприношениях и о тех, кто отвечал за их обрядовую сторону в кельтских сообществах.

К сожалению, невозможно в деталях восстановить порядок проведения таких церемоний, характерный для определенных праздников или для особых случаев – годин испытаний, войн, голода, эпидемий. Античные авторы изъясняются на эту тему кратко и туманно, ирландские источники ограничиваются намеками, что неудивительно: для первых жертвоприношения были обычаем слишком примитивным, для вторых – слишком жестоким и языческим, чтобы увековечить его в скрижалях истории. Известно, что в Ирландии животных приносили в жертву во время Брон Трограйна. Есть и косвенные доказательства ритуального убийства людей на праздновании Самайна: в одном сказании говорится, что в эту пору к деве из Бри Эле сватались мужчины Ирландии, и за каждого, кто добивался ее любви, погибал один из членов его рода – никто не знал, от чьей руки.

Подробнее...

Главными вершителями магических и ритуальных действий у кельтов были друиды. Нет нужды говорить о том, что романтизированный образ друидов в литературе нового времени и псевдодруидические организации, которые периодически заявляют о себе в разных странах, не имеют ничего общего с друидами древности. Пелена мистики и тайны, скрывавшая от нас деятельность истинных друидов, развеяна современной наукой – сравнительные исследования в области религии показали, что в четкой социально-религиозной структуре общества они занимали естественную нишу, существовавшую у многих, если не у всех, народов, говоривших на индоевропейских языках и имевших индоевропейские социальные институты. Самые известные собратья друидов – брамины, занявшие свое место в индийском обществе после нашествия ариев в Северную Индию в середине или в конце 2-го тысячелетия до н. э., долгое время составляли наследственную касту, тогда как друиды придерживались более архаической организации и представляли собой особое сословие, формировавшееся из детей воинской аристократии. Есть указания на существование схожей категории людей, обладавших сакральным статусом, и у италийских племен, но бурное развитие Рима под влиянием средиземноморской цивилизации трансформировало примитивные социальные институты, и на место первобытных жрецов пришли латинские фламины и понтифики.

Подробнее...

Современный мир настолько зависит от информации, зафиксированной в письменной форме, что многим, возможно, даже трудно поверить в существование других способов сохранения знаний или народной литературы. Прежде всего, кажется невероятным, что огромные тексты, независимо от содержания, удерживались в памяти дословно и передавались от одного поколения к другому. Но так действительно было принято у многих индоевропейских народов, обитавших вне урбанистических цивилизаций, где письменность уже была изобретена. Дожившие до наших дней школы браминов в Индии демонстрируют, каким образом знания сохраняются и передаются в устной форме, и во многом помогают понять суть схожей традиции, существовавшей у древних кельтов.

Подробнее...

До сих пор речь шла о происхождении и формировании кельтского народа, его образе жизни и отношении к сверхъестественному. Последняя глава посвящена исчезновению кельтов и их наследию, сохраненному после крушения Римской империи в средневековой Европе небольшими народностями на северо-западных окраинах. Эти народности можно признать кельтскими, поскольку они говорили на древних кельтских языках и восприняли древние социальные институты, но называть их кельтами в сугубо историческом смысле было бы неверно. Они жили в Ирландии, на севере и западе Британии, и мы рассмотрим историю происхождения названий некоторых из них, таких, как гэлы, пикты, скотты и валлийцы, чтобы избавиться от широко распространенных заблуждений.

Подробнее...

Об отстранении кельтов от участия во всеобщей европейской политической жизни в период римского завоевания говорилось в первой главе, теперь обратим взгляд на соседей континентальных кельтов – северных и восточных варваров, которые со временем сокрушили Римскую империю и сказали свое слово в переделе европейской политической карты. В этом контексте начать следует с событий конца II века до н. э., ставших предвестниками грядущего распада. В 113 году до н. э. римская армия, посланная на помощь кельтскому королевству Норик в Восточных Альпах, была разгромлена войском захватчиков, явившихся с севера. Победители известны под названием кимвры (cimbri) и, согласно письменным свидетельствам, пришли из Ютландии, по всей видимости значительно пополнив свои ряды по дороге на юг. Двигались они хорошо известным в древности трансконтинентальным путем – по Эльбе в Богемию и затем к Среднему Дунаю и Восточным Альпам. В Богемии кимвры совершили нападение на бойев – кельтский народ, ранее соседствовавший с галльскими поселениями в Северной Италии, часть которого затем отправилась на поиски безопасных земель к западу, осев в итоге на берегах Рейна.

Подробнее...

Следующий вопрос – история слов «Germania» и «germani». Последнее из них, согласно Атенею, использовал Посидоний в конце II века до н. э. Более раннее, но менее убедительное свидетельство встречается в записи о битве при Кластии (222 год до н. э.) во фрагментах Acta Triumphalia в Риме. Сохранившаяся надпись была сделана гораздо позже самого события, и слово «germani» рядом с инсубрами, возможно, было добавлено от себя ее автором в I веке н. э. Первостепенное значение имеет использование названия «германцы» на рейнских землях, и в этом контексте археологические материалы, касающиеся кельтских поселений к востоку от Рейна, кельтские топонимы, сохранившиеся на территориях от Рейна до Везера и Эльбы, а также упоминавшиеся свидетельства о белгах и треверах все вместе внушают мысль о том, что Germani изначально было кельтским родовым именем и в давние времена этот род занимал положение сюзерена, или «княжеского» племени.

Подробнее...

Слово «teutones» созвучно немецкому Deutsch, произошедшему от thioda, что означает «народ, люди» в филологической семье тевтонских языков. Нет нужды подробно говорить о том, что все эти слова происходят от того же индоевропейского корня, что и упоминавшиеся уже кельтские примеры (tuath, Teutates).

Первое упоминание о тевтоноговорящих племенах связано с противостоянием Цезаря и Ариовиста, возглавлявшего союз народов. Очевидно, что туда входили кочевые кельты, существенно отстававшие в развитии от родственных им оседлых жителей Галлии, а также племена, которые можно признать отчасти кельтскими, отчасти тевтонскими. Делая выводы, нельзя забывать о природе варварского общества – в те времена шел постоянный культурный, лингвистический и политический обмен между обитателями разных земель, и процесс этот восходит к той эпохе, когда не существовало ни «кельтов», ни «тевтонов», а были только «древние европейцы».

Подробнее...

Поиск

 

Блок "Поделиться"

 
 
 

РОДИТЕЛЯМ ШКОЛЬНИКОВ

Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru

Copyright © 2020 High School Rights Reserved.