Главная
Регистрация
Вход
Пятница, 20.07.2018, 21:16

     

УЧИМСЯ СО ШКОЛЯРИКОМ

ПРЕЗЕНТАЦИИ

КОНСПЕКТЫ УРОКОВ

НАЧАЛЬНЫЕ КЛАССЫ

РУССКИЙ ЯЗЫК

РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА

ОСНОВЫ СВЕТСКОЙ ЭТИКИ

ИНОСТРАННЫЙ ЯЗЫК

МАТЕМАТИКА

ИНФОРМАТИКА

ИСТОРИЯ

БИОЛОГИЯ

ПРИРОДОВЕДЕНИЕ

ГЕОГРАФИЯ

ФИЗИКА

ХИМИЯ

ОБЖ

СПОРТ И ЗДОРОВЬЕ

ТЕХНОЛОГИЯ

МУЗЫКА

ИЗО

КЛАССНЫЕ ЧАСЫ


ВНЕКЛАССНЫЕ МЕРОПРИЯТИЯ

ВОСПИТАТЕЛЬНЫЕ МЕРОПРИЯТИЯ

ПАТРИОТИЧЕСКИЕ МЕРОПРИЯТИЯ

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ КОНКУРСЫ

ПРАЗДНИКИ

ПРОФОРИЕНТАЦИЯ ДЛЯ
   СТАРШЕКЛАССНИКОВ


ШКОЛЯРИК ДЛЯ НАЧАЛЬНОЙ ШКОЛЫ

ШКОЛЯРИК-ИСТОРИК

ШКОЛЯРИК ИЗУЧАЕТ ЯЗЫКИ

ШКОЛЯРИК-БИОЛОГ

КАК ЗАРОЖДАЛАСЬ ЖИЗНЬ

БИОЛОГИЯ В ВОПРОСАХ
    И ОТВЕТАХ


ЖИВОТНЫЕ

ДЕРЕВЬЯ

КРАСНАЯ КНИГА РОССИИ

СПРАВОЧНИК ПО БИОЛОГИИ
   ДЛЯ ПОДГОТОВКИ К ЕГЭ


ЗАДАЧИ НА ТЕМУ "ПРИНЦИП
   ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТИ"


ОЛИМПИАДЫ ПО БИОЛОГИИ

ОЛИМПИАДА ПО БИОЛОГИИ.
   11 КЛАСС. РЕСПУБЛИКАНСКИЙ
   ЭТАП


ШКОЛЯРИК-ГЕОГРАФ

ШКОЛЯРИК-МАТЕМАТИК

ЗАДАЧИ МУДРЕЦОВ

МАТЕМАТИКА. ЧТО, ЗАЧЕМ И
   ПОЧЕМУ


УЧЕБНО-ТРЕНИРОВОЧНЫЕ ТЕСТЫ.
   5 КЛАСС


УЧЕБНО-ТРЕНИРОВОЧНЫЕ ТЕСТЫ.
   6 КЛАСС


ПРОМЕЖУТОЧНОЕ
   ТЕСТИРОВАНИЕ ПО МАТЕМАТИКЕ.
   6 КЛАСС


ЗАДАЧИ ПО АЛГЕБРЕ. 7 КЛАСС

КИМ ПО АЛГЕБРЕ. 7 КЛАСС

ТИПОВЫЕ ТЕСТОВЫЕ ЗАДАНИЯ
   ДЛЯ ПОДГОТОВКИ К ЕГЭ


МАТЕМАТИЧЕСКИЕ
   ЗАВЛЕКАЛОВКИ


ШКОЛЯРИК-ФИЗИК

Категории раздела
АБИССИНЦЫ. ПОТОМКИ ЦАРЯ СОЛОМОНА [39]
АНГЛОСАКСЫ. ПОКОРИТЕЛИ КЕЛЬТСКОЙ БРИТАНИИ [24]
АРИЙЦЫ. ОСНОВАТЕЛИ ЕВРОПЕЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ [26]
АРМЯНЕ. НАРОД-СОЗИДАТЕЛЬ [4]
АТЛАНТИДА. ИСТОРИЯ ИСЧЕЗНУВШЕЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ [5]
АЦТЕКИ. ВОИНСТВЕННЫЕ ПОДДАННЫЕ МОНТЕСУМЫ [38]
БАЛТЫ. ЛЮДИ ЯНТАРНОГО МОРЯ [22]
ВАВИЛОН. РАСЦВЕТ И ГИБЕЛЬ ГОРОДА ЧУДЕС [17]
ВИКИНГИ. ПОТОМКИ ОДИНА И ТОРА [24]
ЕГИПТЯНЕ - ВЕЛИКИЕ СТРОИТЕЛИ ПИРАМИД [6]
КЕЛЬТЫ - ВОИНЫ И МАГИ [6]
ЯПОНИЯ ДО БУДДИЗМА [20]
ВЕЛИКИЕ МОГОЛЫ: ПОТОМКИ ЧИНГИСХАНА И ТАМЕРЛАНА [11]
ДРЕВНИЕ СКАНДИНАВЫ. СЫНЫ СЕВЕРНЫХ БОГОВ [31]

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа


 Каталог статей 
Главная » Статьи » ЗАГАДКИ ДРЕВНИХ ЦИВИЛИЗАЦИЙ » ВИКИНГИ. ПОТОМКИ ОДИНА И ТОРА

Экспансия на юг и юго-запад до 954 г.

Рассмотреть детально нашествия викингов, потрясавшие Европу на протяжении всего IX в., — достаточно сложная задача. Вместо того чтобы анализировать историю викингских походов по странам, по десятилетиям либо в рамках общепринятого деления на "отдельные набеги", "политические акции", "заселение новых земель" и "торговые предприятия", стоит, пожалуй, ограничиться беглым, но достаточно информативным очерком. Начнем с Ирландии 830-х гг.

Норвежцы, со времен первого набега на Ламбей в 795 г., периодически грабили ирландские побережья и порой уходили в глубь острова. Всякий раз это было тягостное испытание (90), но, в общем, преходящее, никак не затрагивавшее народ и страну в целом. Ситуация изменилась коренным образом в начале 840 г., когда из Норвегии явился некий Тургейс. Все наши сведения о нем, к сожалению, почерпнуты из легенд, сложенных христианскими историками несколько столетий спустя; в этих рассказах, полных преувеличений и одновременно презрительных, о Тургейсе говорится с отвращением и страхом. Можно, однако, принять, что у него был свой флот и амбиции, которые он собирался воплотить в жизнь. Он приплыл в Ирландию в точно выбранный момент и предполагал остаться там надолго. Согласно источникам, он высадился где-то на севере, провозгласил себя властителем всех чужеземцев в Эрин и, воспользовавшись междоусобицей, вспыхнувшей по вине короля Мунстера, покорил Ульстер. Захватив Армаг, являвшийся одновременно главным городом ирландского севера, важнейшим религиозным центром Ирландии и святыней западного христианства, он приобрел богатство, власть, известность и вполне определенную репутацию у ирландских хронистов. Считается, что Тургейс и его родичи построили крепости Анагассан, Дублин, Уэксфорд, Уотерфорд, Корк и Лимерик, тем самым внеся свою лепту в дальнейшую историю Северной Ирландии и Эйре. Также говорится, что он с большой выгодой для себя вмешался в очередную усобицу на юге, вышел к Шаннон и достиг Лох Ри, после чего Клонмакнойс и Клонферт уже лежали у его ног. Источники гневно сообщают, что некоторые ирландцы присоединились к Тургейсу, оставили христианскую веру и вместе с людьми Тора посещали языческие святилища, которые Тургейс строил на месте монастырей, церквей и монашеских скитов. Все это выглядит крайне неправдоподобно. Отступников называли галл-гойдел, "чужие гаэлы" или "чужие ирландцы", и хронисты с сожалением пишут, что, если чужеземцы были плохи, "чужие ирландцы" вели себя еще хуже (91). Христианские историки обвиняют Тургейса в первую очередь в том, что он осквернял святыни. Изгнав аббата Армага, он якобы сам обосновался там как верховный жрец, а его жена Ота (Ауд) пела языческие заклинания и пророчествовала перед алтарем Клонмакнойса. Возможно, Тургейс таким образом исполнял одну из обязанностей правителя, по норвежскому обычаю совершая жертвоприношения и обеспечивая своим подданным хороший урожай, добрый улов и удачную охоту. Но скорее всего, это просто выдумки ученых монахов. Христиане, однако, могли утешаться, вспоминая древнее пророчество о том, что язычники, чужеземцы придут из-за моря и семь лет будут смущать сердца ирландцев, и один из них станет аббатом, не зная ни молитв, ни символа веры, ни языка этой земли (92). Семь лет, похоже, истекли к 845 г., когда Маэль Сеахлин, король Мита, захватил Тургейса в плен и утопил в Лох Овеле в Уэстмите.

Для норвежцев наступили тяжелые времена. Они по-прежнему грабили и убивали, взимая с ирландцев свою кровавую дань, но череда проигранных сражений развеяла миф об их непобедимости. А поскольку в то время, как и в последующее тысячелетие, никак невозможно было оставить Ирландию ирландцам, настала пора для нового вторжения. Теперь за дело взялись даны, и отнюдь не из братской любви к своим сородичам «финнгалл», с которыми они немедленно принялись воевать. В 850 г. датские корабли вошли в Карлингфорд Лох, а на следующий год они выгнали норвежцев из Дублина, захватив богатую добычу — сокровища и женщин. Ирландцев «новые» чужеземцы устраивали больше, чем прежние, но, в общем, они не жаловали ни тех ни других. В 852 г. жаждавшие мщения норвежцы напали на датские корабли в Карлингфорде. Однако святой Патрик благоволил данам: немногие из норвежцев остались в живых после жестокого сражения, длившегося три дня. Победители честно поделились со святым золотом и серебром, после чего ирландцы ошибочно сочли, что они не чужды благочестия. Однако данам все это если и помогло, то ненадолго. В 853 г. норвежцы вернулись в Ирландию с королевским флотом, которым командовал Олав (Анлав), сын норвежского конунга. Что это был за сын и какого конунга, трудно сказать (93). Возможно, он принадлежал к тому же роду, что и Тургейс, и его семья считала завоевание Ирландии своим фамильным ремеслом. По крайней мере, все его действия указывают на то, что перед нами человек высокого рода. Даны и норвежцы признали его власть, и по крайней мере часть ирландцев платила ему дань, в том числе ему была уплачена вира за Тургейса. Те даны, которых подобная ситуация не устраивала, вернулись в Англию, откуда они, судя по всему, и приплыли в 850 г., а Олав обосновался в Дублине. Через какое-то время он возвратился в Норвегию (зачем, можно только гадать), оставив вместо себя в Ирландии своего брата Ивара. В 856–857 гг. Олав снова появился в Дублине и правил там до 871 г.; в тот год дела призвали его в Норвегию, где он пал в битве. Для его подданных это были не самые спокойные времена: смуты, непрочные союзы, налетчики, не щадившие ни прибежищ живых, ни обителей мертвых, а в 865–870 гг. — успешные военные кампании против пиктов и стратклайдского королевства в Шотландии. Ивар, властитель Лимерика, поддерживал своего брата и в 871 г. наследовал ему как rex Nordmannorum Totius Hiberni? et Britanni? — титул, указывающий на то, что дублинские конунги стремились распространить свою власть и на норвежцев, живших на северо-западе Англии. Если так, становятся понятными некие трения, возникавшие между Иваром и данами, обитавшими в Дейре, приведшие в итоге к тому, что Хальвдан (предположительно) и даны из Дейры попытались захватить Дублин. Попытка оказалась неудачной и стоила Хальвдану жизни — он погиб в Странгфорд Лох. Когда ведущие актеры этой северной драмы сошли со сцены, жизнь в Ирландии как-то наладилась и пошла своим чередом. Из Норвегии больше никто не приплывал, взоры норманнов в этот период были устремлены на запад, к Исландии. Король Лейнстера Кеарвалл, бывший союзник Ивара, воспользовался моментом и в 902 г. отбил Дублин у чужеземцев. Хотя Кеарвалл вскоре умер, Ирландия следующие двенадцать лет наслаждалась относительным покоем.

От упоминания о датском королевстве, существовавшем на территории Нортумбрии в последней четверти IX в., легко перейти к обсуждению викингской экспансии в Англии, а заодно и на континенте. Англия первой испытала на себе силу и ярость норманнов в 789-м и 793 гг., и если в кельтскую Ирландию приплывали в основном норвежцы, в германскую Англию незваными гостями являлись даны. Короткая запись в Англосаксонской хронике (835 г.; в Хронике неправильно указан 832 г.) открывает новую страницу английской истории: "В тот год язычники грабили на Шеппи".

В 834 г., после того как Людовик Благочестивый был временно отстранен от власти из-за козней изменников-сыновей, даны вторглись во Фризию. До того они последний раз тревожили империю в 820 г. Все это были отдельные эпизоды, но история викингских походов после 834–835 гг. оставляет устойчивое впечатление, что с этого момента они превращаются в своего рода "организованное мероприятие". В Англию и во Фризию норманны являются все чаще и действуют со все большим размахом; перед нами уже не случайные набеги: вторжения на острове и на континенте происходят согласованно, иногда единовременно, иногда поочередно, и порой одни и те же корабли, под командованием одних и тех же людей, участвуют в тех и в других. В 836–842 гг. сильный датский флот испробовал силу (а в случае Корнуолла еще и лояльность) жителей юго-западного побережья. Достижения норманнов на сей раз оказались довольно скромными, но в следующем году они отправились в Кент и Восточную Англию. По другую сторону канала те же даны развили бурную деятельность. В 834 г. они разграбили Дорестад — большой и богатый город, располагавшийся на слиянии Лека и одного из рукавов Рейна. Дорестад считался крупнейшим в Северной Европе торговым центром, в нем находился прославленный монетный двор, монеты которого часто копировали в Скандинавии; от врагов город защищали река, частокол и каролингские укрепления. Все оказалось бесполезно. Когда Каролинги по недостатку сил или по небрежению бросили Дорестад на произвол судьбы, он стал легкой добычей для данов, которые грабили его раз за разом до тех пор, пока спустя поколение природа не довершила то, что начали люди. В 864 г. жестокие штормы, сопровождавшиеся наводнениями, затопили побережья Нидерландов, русло Рейна сместилось в сторону Утрехта и Дорестад (точнее, то, что от него осталось) исчез с лица земли. Затем пришла очередь Нуармутье — этот город, располагавшийся на островке в устье Луары, славился своим монастырем, а также тем, что в нем с успехом торговали вином и солью. В 836-м и 837 гг. очередные удары были нанесены Фризии, а в 841 г. настал черед Руана. Некий Асгейр появился неизвестно откуда в устье Сены, поднялся вверх по реке до города, разграбил и сжег его, быстро и с пользой для себя прошелся по окрестностям и уплыл на своих кораблях, прежде чем местные жители сумели организовать хоть какое-то сопротивление. В следующем, 842 г. наступление велось и в Англии, и во Франции. "В тот год было убито много людей в Лондоне, в Квентовике и Рочестере", — сообщает Англосаксонская хроника. Квентовик, находившийся на другом берегу Дуврского пролива, как торговый центр соперничал с Дорестадом; там тоже был монетный двор. В силу своего местоположения город имел тесные и выгодные контакты с Англией, и викинги разумно воспользовались возможностью ударить с двух сторон. К 842 г. относится и первое письменное упоминание о норвежцах, навестивших французские берега (94). Их посещение забылось не скоро. Шестьдесят семь кораблей, на которых плыли вестфольдцы (вероятно, выходцы из Вестфольда, в тот раз явившиеся из Ирландии), вошли в устье Луары. На примере этого похода, надолго посеявшего страх среди франков, можно уяснить тактику викингов и некоторые внешние обстоятельства, способствовавшие их успеху. Аквитания входила в состав королевства Карла Лысого, но мятежный граф Ламберт жаждал заполучить Нант себе. Источники утверждают, что это он пригласил норманнов и что французские лоцманы провели корабли через все мели и водовороты: считалось, что в разгар лета ни один чужеземец не сумеет пройти по реке, и жители Нанта чувствовали себя в полной безопасности. Было 24 июня, день Иоанна Крестителя, множество людей собралось в город, чтобы почтить святого и повеселиться. Норвежцы действовали с ужасающей жестокостью. Они убивали на улицах и в домах, епископа и других священнослужителей убили в церкви. Побоище продолжалось целый день, а вечером грабители, захватив богатую добычу и множество пленников, увели груженые корабли вниз по реке. Наверное, граф представлял себе все несколько иначе, но, в общем, Нант достался ему. Вестфольдцы отправились к острову Нуармутье, откуда все монахи к тому времени уже разбежались, и, против обыкновения, остались там на зиму. "Будто бы они решили обосноваться здесь навсегда", — печально замечает хронист. Нуармутье вполне подходил на роль викингской базы. Во-первых, это был остров, и вода служила защитой от врагов. Во-вторых, на нем нашлись жилье для людей и удобная гавань для кораблей, так что викинги могли спокойно лечить раненых, а заодно собирать откупные за пленников. Наконец, Нуармутье снабжал всю Западную Европу солью и, попутно, славным луарским вином, поэтому скандинавские торговцы слетались туда как осы на мед.

Здесь мы первый раз сталкиваемся с тем, что викинги провели зиму в чужих краях. До этого момента они отправлялись в походы поздней весной или в начале лета, а осенью уплывали домой. «Викинг» был летним занятием: зимой плохо воевать и странствовать — что на суше, что по морю. Каждый участник похода, получив свою долю добычи, возвращался к родным, к жене, детям; и если он был бондом или сыном бонда, у него хватало времени подлатать крышу, вырезать игрушечный меч и зачать еще одного ребенка, прежде чем кормчий вновь призовет его к себе. Но зимовать за морем — как в 842 г. во Франции, а позднее — в 850 г. — в Англии, — это было для викингов нечто новое. Если остаться на одну зиму, то почему не на две или три? Зимы на юге теплее, море не замерзает, земля лучше — и обзавестись ею несложно. Зачем вообще возвращаться домой? Рядовым викингам доставались меньшие владения, чем их предводителям, но суть от этого не менялась. Норвежцы, уплывавшие на запад, селились на захваченных землях с самого начала. Дания — более благодатная страна, поэтому у данов подобные желания возникли спустя два поколения. Зимние поселения на Тенеге и на Шеппи — первые, еще робкие, тому свидетельства.

845 г. стал следующим шагом в развитии тактики и стратегии викингских походов. Гамбург был разрушен по повелению конунга, и любой, кто знаком хоть немного с принципами внешней политики и международных отношений, не станет считать эту акцию просто пиратским набегом. Дерзкий поход Рагнара вверх по Сене на Париж и беспомощность Карла Лысого породили третье, весьма прискорбное новшество. Рагнар, которого совершенно не обязательно отождествлять с его прославленным тезкой — Рагнаром Кожаные Штаны (95), вошел в устье Сены в марте, то есть, по обычным представлениям, очень рано, и двинулся к Парижу. Карл собрал войско и, разделив его на две части, поставил охранять берега реки. Любой викинг, которому довелось грабить развалившуюся империю, знал, как поступать в подобных случаях. Рагнар атаковал меньшее подразделение, наголову разбил его и захватил 111 пленников. Затем он повесил их на островке посреди Сены, на виду у оставшихся на другом берегу франков. Побежденное и сломленное морально войско Карла не могло держать оборону. Рагнар отправился дальше и в пасхальное воскресенье, 28 марта, разграбил Париж с той же нечеловеческой жестокостью, с какой вестфольдцы ранее опустошили Нант. Викинги находились теперь в 300 километрах от моря, и не требовалось особой изобретательности, чтобы попытаться подстеречь их корабли на обратном пути. Карл, однако, выплатил Рагнару 7000 фунтов серебра и позволил ему уйти с миром и со всей добычей. Это был первый данегельд (если использовать позднейший термин), и Карла впоследствии не раз сурово осуждали за подобный шаг. Но у франкского властителя тоже есть оправдание. В теории Карл, как и его братья, мог собрать войско, построить флот, направить гарнизоны в города, возвести крепости на побережье, перекрыть реки и выгнать викингов из своего королевства — и кто станет сомневаться, что он хотел бы это сделать. Но в реальности все выглядело иначе. Карлу и без викингов хватало бед — к внешней угрозе добавлялась враждебность братьев, скрытое недовольство сеньоров и открытый бунт крупных провинций. Он не мог рассчитывать ни на доблесть своих солдат, ни на патриотизм графов, которые отнюдь не стремились вести войска в бой. Появление Рагнара пришлось очень некстати, но все последствия случившегося видны только в исторической перспективе. Тогда же правитель франков походил на человека, который пытается сбросить вцепившегося ему в горло волка, и при этом его еще жалят осы; в представлении Карла викингам отводилась роль ос. В 845 г. при существующей угрозе с севера и перспективе войны с Бретанью на западе откупиться от них якобы навсегда (хотя в действительности на шесть лет) казалось разумным политическим маневром. Карл покупал время, а время давало надежду, что ситуация изменится к лучшему. Нам сейчас понятно, что ни времени, ни надежды у франкского властителя на тот момент не было, но Карл, в отличие от нас, пытался заглянуть в будущее, а не оценивал прошлое. Суммы выкупов кажутся огромными, но они слагались в основном из податей, а крестьяне, на плечи которых ложилась вся тяжесть поборов, ничем не могли выказать свое недовольство. Возможно, не все собранное серебро доставалось викингам, и король тоже получал с этого прибыль.

В те же годы викинги впервые встретились с испанскими маврами. Началось все с того, что флот, насчитывавший, по свидетельству источников, 150 кораблей, вошел в устье Гаронны и поднялся по ней до самой Тулузы, грабя и разоряя все поселения, которые попадались по пути. В стране тогда вспыхнула очередная усобица — на сей раз противником Карла стал юный Пипин, видевший себя королем независимой Аквитании. Возможно, целью похода было поддержать Пипина, по крайней мере, его резиденцию — Тулузу — викинги не тронули, а вернулись по реке назад. Далее говорится, что в скором времени они подошли к побережьям Астурии на севере Испании. Там захватчики встретили решительный отпор: их разбили на суше и на море, после чего сильно уменьшившаяся, хотя все еще внушительная викингская флотилия обогнула мыс Финистерре и двинулась на юг к Лиссабону. Две недели викинги грабили и убивали в городе и окрестностях, затем направились в сторону Гвадалквивира, с отвагой, граничащей с глупостью, поднялись вверх по реке и атаковали Севилью. Через семь дней весь город, кроме цитадели, был в их руках; мужчин они убили, а женщин и детей в качестве военной добычи увезли с собой на остров Кубтил (совр. Исла Менор), располагавшийся неподалеку от впадения Гвадалквивира в море. Оттуда они в течение полутора месяцев выходили грабить близлежащие земли. Но Западно-Франкское королевство Карла Лысого — это одно, а арабская Испания, которой правил эмир Абдуррахман, — нечто совсем другое. Мавры, оправившись от удивления и растерянности, предприняли ответные действия, в результате которых викинги, со всеми их сокровищами и пленниками, оказались в весьма затруднительном положении. Стоило им покинуть свое убежище, их атаковали и с суши, и с моря; они нигде не могли пристать к берегу, а несколько их судов подожгли с помощью лигроина. В довершении всех бед викинги потеряли тридцать кораблей с помощью лигроина. В довершение всех бед викинги потеряли тридцать кораблей в морском сражении у Тальята. В этой битве мавры захватили столько пленников, что темницы Севильи не могли вместить их всех, и вскоре в городе на пальмах появились необычные плоды. Дабы никто не усомнился в его победе, эмир послал двести голов казненных викингов в Танжер — своим союзникам, как молчаливое, но весьма наглядное подтверждение приятных вестей. Однако у викингов тоже оставались пленники, и мавры хотели их выкупить. Противникам удалось решить дело миром, и викинги взяли выкуп провизией и одеждой, а не золотом — очевидно, у них не было иной возможности пополнить запасы.

Категория: ВИКИНГИ. ПОТОМКИ ОДИНА И ТОРА | Добавил: admin (08.12.2014)
Просмотров: 268 | Теги: завоевания викингов, религия викингов, Скандинавы, древние викинги, загадки древних цивилизаций викинги, культура викингов | Рейтинг: 5.0/1

ШКОЛЯРИК-АСТРОНОМ

КОСМИЧЕСКАЯ АЗБУКА В СТИХАХ

ОНЛАЙН-ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
    "АСТРОНОМИЯ"


АСТРОНОМИЯ В ЗАНИМАТЕЛЬНЫХ
    ФАКТАХ



ШКОЛЯРИК-ХИМИК

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ "ХИМИЯ"

СБОРНИК ОСНОВНЫХ ФОРМУЛ
    ПО ХИМИИ


ЭСПЕРИМЕНТ ПО
   ОРГАНИЧЕСКОЙ ХИМИИ
    В ШКОЛЕ


ОПЫТЫ БЕЗ ВЗРЫВОВ

ЧУДЕСНАЯ МОЛЕКУЛА

ЗАДАЧИ ПО ОРГАНИЧЕСКОЙ
   ХИМИИ


КОНТРОЛЬНЫЕ ЗАДАНИЯ
   ПО ОБЩЕЙ И НЕОРГАНИЧЕСКОЙ
   ХИМИИ


ЗАДАЧНИКИ ПО ХИМИИ

ЗАДАЧИ ПО ХИМИИ С РЕШЕНИЯМИ ДИДАКТИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛ К
   УРОКАМ ХИМИИ. 8 КЛАСС


ПРОВЕРОЧНЫЕ РАБОТЫ
    ПО ХИМИИ.10 КЛАСС

ПРАКТИЧЕСКИЕ РАБОТЫ
    ПО ХИМИИ.8 КЛАСС

ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ И
    МАТЕМАТИЧЕСКАЯ
    ХИМИЯ


ГИА ПО ХИМИИ. 9 КЛАСС

ЗАНИМАТЕЛЬНО О ХИМИИ


ОБЩЕСТВОЗНАНИЕ

ОБЖ

5 КЛАСС

6 КЛАСС

8 КЛАСС

УЧИМ ПРАВИЛА ДОРОЖНОГО
   ДВИЖЕНИЯ


ТЕРРОРИЗМ - ЗЛО!

АЗБУКА ВЫЖИВАНИЯ


ШКОЛЯРИК-ПСИХОЛОГ

Я И МОЙ ВНУТРЕННИЙ МИР

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ ШКОЛЬНИКА
   "ПСИХОЛОГИЯ"


ТРЕНИНГИ РАЗВИТИЯ С
   ПОДРОСТКАМИ


УПРАЖНЕНИЯ ДЛЯ РАЗВИТИЯ
   КРЕАТИВНОСТИ ШКОЛЬНИКОВ


ТЫ УМЕЕШЬ ХОРОШО УЧИТЬСЯ!


ШКОЛЯРИК-ВСЕЗНАЙКА

СПРАВОЧНИК ШКОЛЬНИКА

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ

ЛИЧНОСТЬ В ИСТОРИИ

ИСТОРИЯ МИРОВОЙ КУЛЬТУРЫ

ШПАРГАЛКИ ДЛЯ
   ШКОЛЬНИКОВ


МУЗЫКАЛЬНЫЙ СЛОВАРЬ
   В РАССКАЗАХ


ДОСУГ ШКОЛЯРИКА

Поиск

НАШИ  ДРУЗЬЯ








Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  • Copyright MyCorp © 2018
    Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru