Главная
Регистрация
Вход
Пятница, 19.10.2018, 07:33

     

УЧИМСЯ СО ШКОЛЯРИКОМ

ПРЕЗЕНТАЦИИ

КОНСПЕКТЫ УРОКОВ

НАЧАЛЬНЫЕ КЛАССЫ

РУССКИЙ ЯЗЫК

РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА

ОСНОВЫ СВЕТСКОЙ ЭТИКИ

ИНОСТРАННЫЙ ЯЗЫК

МАТЕМАТИКА

ИНФОРМАТИКА

ИСТОРИЯ

БИОЛОГИЯ

ПРИРОДОВЕДЕНИЕ

ГЕОГРАФИЯ

ФИЗИКА

ХИМИЯ

ОБЖ

СПОРТ И ЗДОРОВЬЕ

ТЕХНОЛОГИЯ

МУЗЫКА

ИЗО

КЛАССНЫЕ ЧАСЫ


ВНЕКЛАССНЫЕ МЕРОПРИЯТИЯ

ВОСПИТАТЕЛЬНЫЕ МЕРОПРИЯТИЯ

ПАТРИОТИЧЕСКИЕ МЕРОПРИЯТИЯ

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ КОНКУРСЫ

ПРАЗДНИКИ

ПРОФОРИЕНТАЦИЯ ДЛЯ
   СТАРШЕКЛАССНИКОВ


ШКОЛЯРИК ДЛЯ НАЧАЛЬНОЙ ШКОЛЫ

ШКОЛЯРИК-ИСТОРИК

ШКОЛЯРИК ИЗУЧАЕТ ЯЗЫКИ

ШКОЛЯРИК-БИОЛОГ

КАК ЗАРОЖДАЛАСЬ ЖИЗНЬ

БИОЛОГИЯ В ВОПРОСАХ
    И ОТВЕТАХ


ЖИВОТНЫЕ

ДЕРЕВЬЯ

КРАСНАЯ КНИГА РОССИИ

СПРАВОЧНИК ПО БИОЛОГИИ
   ДЛЯ ПОДГОТОВКИ К ЕГЭ


ЗАДАЧИ НА ТЕМУ "ПРИНЦИП
   ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТИ"


ОЛИМПИАДЫ ПО БИОЛОГИИ

ОЛИМПИАДА ПО БИОЛОГИИ.
   11 КЛАСС. РЕСПУБЛИКАНСКИЙ
   ЭТАП


ШКОЛЯРИК-ГЕОГРАФ

ШКОЛЯРИК-МАТЕМАТИК

ЗАДАЧИ МУДРЕЦОВ

МАТЕМАТИКА. ЧТО, ЗАЧЕМ И
   ПОЧЕМУ


УЧЕБНО-ТРЕНИРОВОЧНЫЕ ТЕСТЫ.
   5 КЛАСС


УЧЕБНО-ТРЕНИРОВОЧНЫЕ ТЕСТЫ.
   6 КЛАСС


ПРОМЕЖУТОЧНОЕ
   ТЕСТИРОВАНИЕ ПО МАТЕМАТИКЕ.
   6 КЛАСС


ЗАДАЧИ ПО АЛГЕБРЕ. 7 КЛАСС

КИМ ПО АЛГЕБРЕ. 7 КЛАСС

ТИПОВЫЕ ТЕСТОВЫЕ ЗАДАНИЯ
   ДЛЯ ПОДГОТОВКИ К ЕГЭ


МАТЕМАТИЧЕСКИЕ
   ЗАВЛЕКАЛОВКИ


ШКОЛЯРИК-ФИЗИК

Категории раздела
РАССКАЗЫ ПО ИСТОРИИ С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН ДО КОНЦА XVI ВЕКА [15]
КУЛИКОВСКАЯ БИТВА И РОЖДЕНИЕ МОСКОВСКОЙ РУСИ [22]
МОСКОВСКАЯ РУСЬ [7]
ЛЕДОВОЕ ПОБОИЩЕ [22]
ИСТОРИЯ РОССИИ С НАЧАЛА XVIII ДО КОНЦА XIX ВЕКА [113]
ИСТОРИЯ РОССИИ: СХЕМЫ, ТАБЛИЦЫ, ТЕРМИНЫ, ТЕСТЫ [33]
РОССИЯ В 1917–2000 гг. [44]

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа


 Каталог статей 
Главная » Статьи » ИЗУЧАЕМ ИСТОРИЮ РОДНОЙ СТРАНЫ » КУЛИКОВСКАЯ БИТВА И РОЖДЕНИЕ МОСКОВСКОЙ РУСИ

МУДРАЯ СОФЬЯ И ДВА ТУГОУМНЫХ ВАСИЛИЯ

Во всех советских учебниках истории говорилось, что Дмитрий Донской на Куликовом поле «переломил хребет Золотой Орде». Но с конца XIV века на территории Золотой Орды уже было три-четыре государственных образования, и шли бесконечные войны между ханами. Самые большие города Золотой Орды были разрушены Тимуром и, как показали археологические раскопки, более не восстанавливались.

Что же помешало Московскому государству освободиться от проклятого ига? Помешали как раз «собиратели Руси» — московские князья, попы и кучка бояр, намертво вцепившиеся в «татарский батог» ради своих корыстных интересов.

Возможно, часть читателей попрекнет автора: как можно наиболее прогрессивных деятелей начала XV века записывать в ордынские агенты влияния? Нет, ни в коем разе они не были татарскими прихвостнями. Они с большим удовольствием поменяли бы статус улусников на подданство Великого княжества Литовского. Ради власти и денег они были готовы служить кому угодно.

А теперь расскажу об одной романтичной истории. В 1383 г. Дмитрий Донской оставил в Орде хану Тохтамышу заложником своего сына Василия. Но в конце 1385 г. четырнадцатилетнему княжичу вместе с несколькими дружинниками удалось бежать.

Как ни принижали большевики роль личности в истории, а ведь именно отдельные личности на столетия определяли развитие одной страны, а то и мира в целом! Одна меткая татарская стрела, выпущенная в спину княжича Василия Дмитриевича, в корне бы изменила русскую историю. Мы бы получили двух слабых и тугодумных Василиев (I и II), управляемых московскими боярами, не было бы тридцатилетней кровавой гражданской войны на Руси. Московским князем стал бы Юрий Дмитриевич — храбрый воин, мудрый стратег и политик. С ордынской зависимостью было бы покончено в самом начале XV века. Но, увы, увы...

А пока целый и невредимый Василий Дмитриевич бежит из Орды, причем, обманывая погоню, устремляется на юг, в Молдавию к воеводе Петру. А оттуда он попадает в Великое княжество Литовское ко двору Витовта. Мудрый князь познакомил свою четырнадцатилетнюю дочь Софью с княжичем. Как и вся литовская знать, княжна прекрасно владела русским языком и исповедовала православие.

После нескольких встреч юная пара решила обручиться. Ви-товт для порядка поломался, а затем уступил слезам дочери. Василий и Софья обменялись перстнями и нательными крестиками, и наш княжич в теплых санях под эскортом литовских дружинников отправился домой. В Москву он прибыл 19 января 1 388 г., а всего через 16 месяцев. 19 мая 1389 г.. скончался великий князь Дмитрий Иванович.

В завещании он благословил своего старшего сына Василия на великое княжение владимирское, которое назвал своей отчиной. Донской уже не боится соперников для своего сына ни из Твери, ни из Суздаля.

У Дмитрия Донского осталось еще пять сыновей: Юрий, Андрей, Петр, Иван и Константин. Последний родился за 4 дня до кончины великого князя, и Иван был еще совсем маленьким, поэтому Дмитрий поручил Москву только четверым старшим сыновьям. В этой отчине, то есть в Москве и ее окрестностях, Дмитрий Донской владел двумя жребиями: жребием своего отца Ивана и жребием дяди Симеона, а третьим жребием владел Владимир Андреевич Серпуховской. Из двух своих жребиев Дмитрий половину отдал старшему сыну Василию, «на старший путь», а другой разделил на три части между остальными сыновьями. Остальные города Московского княжества Дмитрий распределил так: Коломну завещал старшему Василию, Звенигород — Юрию, Можайск — Андрею, Дмитров — Петру. Завещав Василию Великое княжество

Владимирское, которому принадлежали Костромская и Переяславская области, Дмитрий отдал остальным троим сыновьям города, купленные еще Калитой, но окончательно присоединенные только им: Юрию — Галич, Андрею — Белоозеро, Петру — Углич.

Принципиально важным в завещании является передача власти в Москве и Великом княжестве Владимирском сыну Василию, а в случае смерти Василия — следующему сыну Юрию. Позже историки объясняли это тем, что у Василия еще не было детей. Но Василию исполнилось всего 18 лет, и он был обручен с Софьей, дочкой князя Витовта. Что же, Дмитрий Донской заранее решил, что у молодых не будет детей, или он и его бояре были безграмотны и не могли написать в завещании, что престол переходит к старшему сыну Василия, а при отсутствии такового — к брату Юрию?

Историк В.А. Горский гордо писал: «Василий Дмитриевич стал первым великим князем владимирским, который взошел на свой стол без того, чтобы по смерти предшественника лично съездить за ярлыком в Орду».

Все верно, но дело не в смелости Василия, а в том, что ехать было некуда... Когда умер Дмитрий Донской, хан Тохтамыш был в походе на хана Тимура и находился где-то восточнее реки Яик.

Тохтамышу донесли о московских переменах, и он послал на Русь какого-то своего татарина Шихмата. 15 августа 1389 г. Шихмат «посадил князя Василия Дмитриевича на великое княжение Владимирское». Через год после этого Василий поехал в Орду и купил там ярлык на Нижегородское княжество, которое незадолго до этого выпросил себе в Орде князь Борис Константинович.

Узнав о замыслах Василия, Борис собрал своих бояр и сказал им: «Господа и братья, бояре и друзья мои! Вспомните свое крестное целование, вспомните, как вы клялись мне». Старший боярин Василий Румянцев ответил князю: «Не печалься, господин князь! Все мы тебе верны и готовы головы свои сложить за тебя и кровь пролить». Так он говорил князю, а за его спиной ссылался с Василием Дмитриевичем, обешая выдать ему Бориса.

Василий, возвращаясь из Орды, остановился в Коломне и оттуда отправил в Нижний Новгород посла Тохтамыша со своими боярами. Борис сначала не хотел пускать их в город, но Румянцев сказал ему: «Господин князь! Посол ханский и бояре московские идут сюда за тем, чтоб мир покрепить и любовь утвердить вечную, а ты сам хочешь поднять брань и рать. Впусти их в город. Что они могут тебе сделать? Мы все с тобою».

Но как только ханский посол с московскими боярами въехали в город, зазвонили все колокола, собирая народ, и народу объявили, что теперь Нижний принадлежит московскому князю.

Борис, узнав об этом, послал за боярами и сказал им: «Господа мои и братья, милая дружина! Вспомните крестное целование, не выдайте меня врагам моим». Но Василий Румянцев ему ответил: «Господин князь! Не надейся на нас, мы уже теперь не твои и не с тобою, а на тебя». И тут Бориса схватили.

Через некоторое время в Нижний приехал Василий Дмитриевич, посадил там своих наместников, а князя Бориса с женой, детьми и их приверженцами велел развести по разным городам в оковах и держать за крепкой стражей.

По тому же ярлыку на Нижний Василий приобрел и Городец, Муром, Мещеру и Тарусу.

Но у нижегородского князя Бориса на воле остались двое племянников — Василий и Семен Дмитриевичи, родные дядья по матери московскому князю, они княжили в Суздальской волости, теперь со всех сторон охваченной московскими владениями. Но в 1394 г. по приказу Василия I[223] нижегородский князь Борис Константинович был замучен приставами в темнице. Узнав об этом, оба племянника побежали в Орду добиваться ярлыков на свою отчину — Нижний, Суздаль и Городец. Василий предал за ними погоню, но племянники благополучно достигли Орды.

В 1399 г. князь Семен Дмитриевич с татарским войском в тысячу человек во главе с каким-то татарским царевичем Ейтяком подступил к Нижнему, где заперлись трое московских воевод. Три дня татары осаждали город, наконец нижегородцы открыли ворота, взяв с татар клятву, что те не будут грабить и пленить христиан. Но татары, естественно, разграбили все, что можно, а князь Семен оправдывался: «Не я обманул, а татары. Я в них не волен, я с ними ничего не могу сделать». Две недели пробыли татары в Нижнем, но потом, узнав, что Василий I собирается на них с войском, убежали в Орду.

«Василий Дмитриевич же послал большую рать с братом своим князем Юрием, воеводами и старшими боярами; они вошли в

Булгарию, взяли города: Булгары, Жукотин, Казань, Кременчуг, в три месяца повоевали всю землю и возвратились домой с большой добычей».

Так просто написал СМ. Соловьев о первом походе русских на Казань. По версии же Мифтахова войско Василия I ходило на Булгарию по указанию эмира Едигея, причем одной из целей похода было уничтожение семьи Тохтамыша, жившей в Казани. Напомню, что все это происходило непосредственно после битвы на Ворскле (12 августа 1399 г.). Согласно Мифтахову, Василий I «отправил в поход против Волжской Булгарии 50-тысячное войско: 8 тысяч воинов-моряков (салчиев), 30 тысяч пехотинцев и 12-тысячную конницу. Перед воеводами была поставлена четкая задача — захватить Казань. Однако служилый хан Енейтек расстроил планы воевод. Произошло это так.

Когда русская пехота добралась до Буратской переправы (у совр. г. Зеленодольска), она стала ждать подхода судов. На утренней заре хан Енейтек внезапно совершил нападение на спящих пехотинцев. В результате этого нападения русские войска потеряли 6 тысяч, а хан Енейтек потерял «всего 60 всадников». Когда весть об этом дошла до великого князя, он «пришел в сильнейшее неистовство и велел своим выжечь всю Горную сторону». Началась война, названная в народе «Горной».

В соответствии с повелением великого князя русская конница и оставшиеся в живых пехотинцы (24 тыс.) изменили направление движения: от переправы они пошли не на Казань, а в глубь Горной Булгарии. Русские войска взяли и разорили крепость Чир-мыш-Керман. В этой крепости находился монетный двор, пожалованный хану Енейтеку эмиром Азаном за хорошую службу.

После этого русские войска разгромили крепость Дэбэр-Ка-зан, а затем вторую ставку хана Енейтека Ташлы-Болгар.

Одновременно с нападением на Ташлы-Болгар (совр. Ташов-ка) русские войска, находящиеся на судах, приблизились к Казани. Они атаковали пригород Джукетау. При штурме его вала и частокола русские потеряли 2 тысячи воинов. Когда они ворвались в посад Джукетау, то «изрубили на куски проживавшего в нем доброго и незлобливого хана Мохаммед-Султана со всеми его женами и детьми». Однако воеводы не решились напасть на центральную часть города. Тому было несколько причин.

Во-первых, они ждали подхода эмира Идегея. Во-вторых, русские войска понесли большие потери на Горной стороне:

— под Чирмыш-Керманом потери составили 2 тысячи всадников и 3 тысячи пехотинцев;

— под Дэбэром — 4 тысячи всадников и 7 тысяч пехотинцев;

— под Ташлы-Болгаром — 6 тысяч всадников и 10 тысяч пехотинцев.

Таким образом, потери русских составили 32 тысячи убитыми: 12 тысяч всадников и 20 тысяч пехотинцев. Когда великий князь Василий I узнал о гибели своей конницы, он повелел «повесить уцелевших конных воевод», так как «эта конница считалась основой русского могущества». Она была создана в 1369 г. Ее костяк составляли татарские князья и мурзы, перешедшие на русскую службу».

Любопытно, как этот поход русских был отражен в татарском народном эпосе «Идегей»:

Там, где травы были густы, Растоптал Токтамыш цветы, Князъ-урус, рыжий, как лис, С бородою обросшим ртом. Разорил он, разграбил наш дом, Наш священный город Булгар, И ему подчиненный Сувар, И высоковратный Казан, Джуке- Тау над гладью речной И Сабы в глубине лесной, И земель Ашлы закрома, -Он спалил, сломал все дома. Отбирал он кожу, сафьян, Загребал лопатами хан Множество монет золотых. Разгромил во владеньях моих Он четырнадцать городов, Превратил их в пепел и дым.

В октябре 1408 г. Едигей внезапно двинулся на Москву, введя Василия I в заблуждение утверждением, что идет на Витовта.

Разведка у москвичей работала неплохо, и Василий 1 за месяц узнал о походе Едигея. Верный семейной традиции, Василий «поехал собирать полки» в Кострому. Понятно, что в другом месте, поближе к противнику, их собрать никак нельзя было! Но, в отличие от 1382 г., в Москве все-таки было оставлено начальство — Владимир Андреевич Серпуховской. Москвичи выжгли посад вокруг столицы.

1 декабря 1408 г. Едигей подошел к Москве и разбил лагерь в селе Коломенском. В Тверь был отправлен посол с требованием прислать войска, а главное, пушки. Троицкая летопись утверждает, что тверской князь Иван Борисович пошел на хитрость, чтобы не поссориться как с Едигеем, так и с Василием I. Он поехал к Москве с одной дружиной и без пушек, но двигался медленно и доехал лишь до Клина, где и узнал об уходе Едигея от Москвы.

Едигей простоял под Москвой 20 дней, распустив по татарскому обычаю конные отряды для грабежа русских городов. Они разграбили Переяславль. Ростов, Дмитров, Серпухов, Верею, Нижний Новгород. Можайск был сожжен дотла, а довольно большой город на Волге Городец (периметр вала его кремля составлял 3500 м) был разрушен до основания и более не восстанавливался. Лишь в XVIII веке на его месте возникло село.

По одной версии причиной ухода Едигея был какой-то мятеж в Орде, предположительно, затеянный сыном Тохтамыша Джелал-ад-дином. А может быть, эмиру показалась достаточной сумма в 3 тысячи рублей, выплаченная осажденными москвичами. Короче, так или иначе, но, взяв деньги, Едигей отправился восвояси. На обратной дороге он взял Рязань, где правил союзник Василия 1 князь Федор Олегович.

СМ. Соловьев писал. «После нашествия Эдигеева московский князь три года не ездил в Орду сам и не посылал туда ни родственников своих, ни бояр больших; только в 1412 году, когда новый хан Зелени-Салтан (Джелаледдин Султан), сын Тохтамыша, дал изгнанным нижегородским князьям ярлык на их отчину, Василий Димитриевич поехал в Орду с большим богатством и со всеми своими вельможами».

А дело было так. Сыновьям нижегородского князя Бориса Константиновича Ивану по прозвищу Тугой Лук и Даниилу удалось каким-то способом бежать из московских застенков, и они отправились к булгарскому (казанскому) эмиру Би-Омару. В 1411 г. эмир дал им войско под началом князей Марджана, Тал-кыша и Хасаина Ашрафа.

Иван и Даниил Борисовичи двинулись на Владимир. Навстречу им Василий I послал большую рать под командованием своего младшего брата дмитровского князя Петра. Ожесточенное сражение произошло у села Лысково. Русские летописи глухо сообщают о поражении московской рати.

А вот согласно булгарской летописи русские потеряли убитыми 20 тысяч человек, а булгары «потеряли убитыми небольшое количество воинов. Однако был убит главный пушечный мастер Раиль. В той битве "его пушки в самый напряженный момент побоища обратили густую толпу русских в паническое бегство". В этот момент из леса неожиданно выскочили бывшие в засаде русские и зарубили пушечного мастера. "С той поры было запрещено брать в походы пушечных мастеров"»[230].

После этого отряд булгарского князя Талкыша (в русской летописи Талыча), а по русской летописи к ним присоединилась и дружина Даниила Борисовича, под началом боярина Семена Ка-рамышева, скрытно подошел к Владимиру.

Как писал Соловьев: «Татары и дружина Данилова подкрались к городу в полдень, когда все жители спали, захватили городское стадо, взяли посады и пожгли их, людей побили множество. В соборной Богородичной церкви затворился ключарь, священник Патрикий, родом грек; он забрал сколько мог сосудов церковных и других вещей, снес все это в церковь, посадил там нескольких людей, запер их, сошел вниз, отбросил лестницы и стал молиться со слезами перед образом богородицы. И вот татары прискакали к церкви, кричат по-русски, чтоб им ее отперли; ключарь стоит неподвижно перед образом и молится; татары отбили двери, вошли, ободрали икону богородицы и другие образа, ограбили всю церковь, а Патрикия схватили и стали пытать: где остальная казна церковная и где люди, которые были с ним вместе? Ставили его на огненную сковороду, втыкали щепы за ногти, драли кожу — Патрикий не сказал ни слова: тогда привязали его за ноги к лошадиному хвосту и таким образом умертвили. Весь город после того был пожжен и пограблен, жителей повели в плен; всей добычи татары не могли взять с собою, так складывали в копны и жгли, а деньги делили мерками; колокола растопились от пожару, город и окрестности наполнились трупами».

Этот эпизод красочно, но с большим отклонением от исторической правды, показан в фильме «Андрей Рублев», где Юрий Никулин сыграл ключаря Патрикия.

Взятие Владимира, а может, и деньги, захваченные там, несомненно, способствовали получению Борисовичами в Орде в 1412 г. ярлыка на Великое княжество Нижегородское. Судя по всему, Василий I зря туда ездил и зря тратил народные деньги. Как писал Соловьев: «...имеем право заключать, что Суздальская волость оставалась за ними (за Борисовичами. — А.Ш.), потому что великий князь Василий в завещании своем ни слова не говорит о Суздале, отказывая сыну только два примысла свои — Нижний и Муром».

Причем великому князю московскому пришлось не только примириться, но и породниться с нижегородскими князьями. В 1417 г. Василий I выдал свою дочь Василису за князя Александра Брюхатого, сына Ивана Борисовича Тугой Лук. Но Брюхатый успел только зачать сына Семена и помер в 1418 г. Тогда Василису выдали замуж за двоюродного брат Брюхатого Александра Взметня, сына Даниила Борисовича.

Итак, Василий I ярлык на Нижегородское княжество не получил, зато с 1412 г. ему пришлось ежегодно и регулярно платить дань, как во времена хана Узбека.

Но мы увлеклись делами татарскими и забыли о Софье Ви-товтовне. Между тем в Великом княжестве Литовском происходили весьма важные события.

14 августа 1385 г. в местечке Крево был подписан акт об унии (объединении Литвы и Польши). С литовской стороны его подписали великий князь литовский Ягайло и его братья Скиригай-ло, Корибут, Витовт и Лугвен. Они обязались принять католичество и крестить все литовское население, обратить литовскую казну на нужды Польского королевства, помочь Польше вернуть земли, когда-либо и кем-либо у нее захваченные, и, главное, навсегда присоединить к Польскому королевству Великое княжество Литовское. Замечу, что польские паны сами толком не знали, с кем они объединяются. В частности, в старопольском языке литовец назывался rusin (русин), то есть так же, как ляхи в X— XIII веках называли русских.

Весной 1386 г. совершилось бракосочетание Ягайло с польской королевой Ядвигой, имевшее огромное значение для судеб государств Восточной Европы. Согласно условиям унии, Ягайло отрекся от православия, а имя Ягайло переменил на имя Владислав. Ему последовали родные братья Ольгердовичи, в который раз сменил веру и двоюродный братец Витовт, приехавший на свадьбу.

Одним из первых деяний нового короля стала инкорпорация, то есть включение литовских, малороссийских и белорусских земель в состав Польского королевства. В связи с этим Ягайло потребовал от удельных князей присяжных грамот на верность «королю, королеве и короне польской», что по нормам феодального права означало переход этих князей вместе с подвластными им землями в подданство к польскому королю.

Действия Ягайло вызвали сопротивление литовских князей (точнее, русских князей, поскольку в их жилах было куда больше крови Рюриковичей, чем литовской). В Литве началась большая гражданская война, в ходе которой Витовту с семьей пришлось бежать в столицу Прусского ордена Мариенбург.

И вот зимой 1390 г. в Мариенбург заявилось русское посольство. Великокняжеские бояре Александр Поле, Белеут и Селиван просили от имени Василия руки Софьи Витовтовны. Это был лучший подарок князю-изгнаннику.

Русское посольство повезло невесту кружным путем, боясь великого литовского князя Скригайло — соперника Витовта. На орденских кораблях они дошли до устья Невы, а затем сухим путем добрались до Новгорода. И лишь 30 декабря 1390 г. у ворот Кремля Софья была встречена митрополитом Киприаном и многотысячной толпой москвичей. Замечу, что Киприану разрешили вернуться в Москву лишь после смерти Дмитрия Донского.

9 января 1391 г. в Успенском соборе митрополит Киприан обвенчал Софью и Василия. Любопытный момент: Софья в Кракове на свадьбе Ягайло с Ядвигой вместе с отцом перешла из православия в католичество. И сейчас в Москве ей вновь пришлось креститься, в результате чего она получила православное имя Анастасия. Тем не менее ее и в быту, и в официальных документах продолжали именовать Софьей.

18 мая 1395 г. у Василия I родился сын Юрий. За ним последовали Иван, Анна, Анастасия, Василиса, Мария, Даниил и Симеон. Однако сыновья Софьи оказались нежизнеспособными: Юрий прожил 5 лет, Даниил — 5 месяцев, а Симеон только 12 недель. Иван умер при невыясненных обстоятельствах в 1417 г. Дочери же все достигли совершеннолетия. Анна вышла замуж за наследника византийского престола, будущего императора Иоанна VIII Палеолога. (В 1417 г. она умрет, так и не дав империи наследника). Анастасия вышла замуж за удельного киевского князя[233] Александра Олелько, сына Владимира Ольгер-довича. Василиса вышла за суздальского князя .Александра Ивановича, Мария — за литовского князя Юрия Патрикеевича, служившего в Москве.

И вот 10 марта 1415 г. Софья родила последнего ребенка, названного Василием.

Софья одна, а затем и с детьми стала совершать частые вояжи к отцу. Внешне это кажется вполне благопристойно — любящая дочь возит внуков к доброму дедушке. На самом же деле Софья получала конкретные инструкции от великого князя литовского.

Витовт после нескольких успешных сражений отвоевал Литву у двоюродного брата Скигайло и в 1392 г. заключил мир с польским королем Ягайло (Владиславом).

Дипломатия Виговта и Софьи принесла свои плоды. Летом 1395 г. великий князь литовский Витовт отправился в поход на татар на помощь своему зятю великому князю московскому Василию I. Замечу, что Москве действительно угрожало нашествие Тамерлана (Тимура). Витовт как бы случайно объявился около Смоленска. Смоленский князь Глеб Святославич выехал ему навстречу, Витовт принял его хорошо, одарил подарками и отпустил, предложив быть третейским судьей для смоленских князей в их распрях, и пообещал оборонять их от Юрия и Олега Рязанско-го. Смоленские князья поверили Витовт у и приехали к нему в стан со своими боярами. Но тут Витовт велел схватить князей вместе со свитой.

28 сентября 1395 г. Смоленск, оставшийся без князей, был обманом взят литовцами. Витовт отправил Глеба Святославича на княжение в городок Поденное в Литве, а в Смоленске оставил своих наместников — князя Ямонта и боярина Василия Борейковича вместе с литовским гарнизоном. На воле остался лишь князь Юрий Святославич, гостивший в то время у своего тестя Олега Ивановича Рязанского.

Узнав о захвате Смоленска Витовтом, Юрий Святославич Смоленский и Олег Иванович с рязанской ратью вторглись в литовские пределы. Витовт не стал вступать в сражение и отправился в свою очередь грабить Рязань. Олег Рязанский приказал своему войску спрятать в надежном месте добычу, взятую в Литве, и налегке начать поиски литовцев, вторгшихся на Ря-занщину. Рязанцы нагнали «литву» и побили ее, а сам Витовт едва сумел уйти.

Московский же князь Василий I не только не помог смоленским князьям, а, наоборот, в 1396 г. поехал в Смоленск на встречу с Витовтом. При въезде в Смоленск зять Витовта приказал салютовать из огромных картанов (пушек) в течение двух часов. В захваченном Смоленске родственнички отпраздновали Пасху.

Олег Рязанский в это время осадил литовский город Любутск, но Василий направил к Олегу посла, и тот, угрожая московской ратью, заставил рязанцев снять осаду.

Осенью 1396 г. Витовт с большим войском напал на Рязанскую землю. Как писал Д.И. Иловайский: «...предал ее опустошению; причем «литовцы сажали людей улицами и секли их мечами». По выражению летописца, Витовт «пролил Рязанскую кровь как воду». После этих подвигов прямо из Рязанской земли он заехал к своему Московскому зятю в Коломну, где пировал с ним несколько дней».

Интересно, как оценивают захват Смоленска литовцами и позицию Василия I наши официальные историки. Вот что, к примеру, пишет Л.Е. Морозова, доктор исторических наук, старший научный сотрудник Института российской истории РАН: «...дружба между зятем и тестем окрепла. Вместе они совершали набеги на земли слишком свободолюбивых и независимых новгородцев, вместе боролись с коварным рязанским князем Олегом, вместе после этого весело пировали в Коломне, в княжеской резиденции на излучине Москвы-реки и Оки». Какой «коварный» Олег Рязанский! Отражая постоянно нападения Москвы с севера и Орды с юга, он еще ухитрялся помогать Смоленску в борьбе с Литвой!

Затем Витовт решил вмешаться в ордынские дела. А в Золотой Орде хан Тохтамыш был свергнут ханом Темир-Кутлуем. Витовт решил вернуть престол Тохтамышу с тем, чтобы он стаи вассалом Великого княжества Литовского.

В 1399 г. Витовт собрал огромное войско: кроме рус и, литвы, жмуди и тохтамышевых татар были полки волошские, польские и немецкие (находившийся в то время в мире с Витовтом великий магистр Тевтонского ордена прислал ему большой отряд). Летописец одних князей только насчитал в этом войске до пятидесяти человек.

Перед начатом похода к Витовту прибыли послы от Темир-Кутлуя с посланием хана: «Выдай мне беглого Тохтамыша, он мой враг, не могу оставаться в покое, зная, что он жив и у тебя живет, потому что изменчива жизнь наша. Нынче хан, а завтра беглец, нынче богат, завтра нищий, нынче много друзей, а завтра все враги. Я боюсь и своих, не только что чужих, а хан Тохтамыш чужой мне и враг мой, да еще злой враг. Так выдай мне его, а что ни есть около его, то все тебе». Витовт велел ответить на это: «Хана Тохтамыша не выдам, а с ханом Темир-Кутлуем хочу видеться сам».

Свидание состоялось на берегу реки Ворсклы. Войска Виговта первыми атаковали татар. Замечу, что Витовт в бою широко использовал пушки и пищали. Но огнестрельное оружие было татарам не в новинку и не решило дело. Свежие татарские полки атаковали с флангов войско Витовта и устроили ему небольшие Канны.

Поражение было страшным, Витовт бежал с несколькими дружинниками, а татары гнались за ним пятьсот верст до самого Киева. Встав под стенами города, Темир-Кутлуй распустил свое войско «воевать Л итовскую землю, и ходила татарская рать до самого Луцка, опустошив все на своем пути». Киев откупился тремя тысячами рублей, причем Печерский монастырь дал от себя тридцать рублей, и хан ушел в свои степи, оставив Литовскую землю «в плаче и скудости».

Битва на Ворскле имела большое значение для Смоленского княжества, ведь там был убит его князь Глеб Святославич. Смоляне, тяготившиеся зависимостью от Витовта, обратились к своему прирожденному князю Юрию Святославичу, жившему в Рязани у своего тестя князя Олега. В 1400 г. Юрий стал просить тестя: «Прислали ко мне смоленские доброхоты с известием, что многие хотят меня видеть на моей отчине и дедине. Сделай милость, помоги мне сесть на великом княжении Смоленском». Олег исполнил просьбу зятя, на следующий год явился с войском под Смоленском и объявил его гражданам, что если они не примут к себе Юрия, то рязанская рать не уйдет от стен, пока не возьмет города и не предаст его огню и мечу.

В это время князем в Смоленске был Роман Брянский, посаженный туда Витовтом после смерти Глеба. Большинство горожан не желали ни Романа, ни Витовта, и в августе 1401 г. смоляне открыли ворота Юрию Святославичу. Видимо, произошел кровавый переворот, в ходе которого были убиты Роман Брянский и несколько бояр, как местных, так и «не местных», от Витовта. Жену Романа Брянского с детьми князь Юрий велел отпустить на все четыре стороны.

Юрий Святославич занял Смоленск в августе 1401 г., а уже осенью Витовт с полками стоял под городом. В самом Смоленске сторонники Витовта подняли мятеж, но были перебиты. Витовт без толку простоял под городом четыре недели, в конце концов заключил перемирие и отступил.

Следующий 1402 г. оказался более удачным для Витовта. Сын рязанского князя Родислав Олегович пошел на Брянск, но у Лю-бутска его встретили князья Гедеминовичи — Семен Лугвений Ольгердович и Александр Патрикиевич Стародубский. Они разбили рязанское войско, а самого княжича взяли в плен. Три года Родислав провел в темнице у Витовта, и, наконец, был отпущен в Рязань за три тысячи рублей.

В 1403 г. Лугвений Ольгердович взял Вязьму, а в 1404 г. Витовт опять осадил Смоленск, и опять неудачно. Три месяца стоял он под городом, литовцы построили батареи под стенами и начали обстрел Смоленска из тяжелых осадных орудий. Но взять город не удалось, и Витовт, разграбив окрестности, ушел в Литву.

Как уже говорилось, в 1402 г. умер рязанский князь Олег Иванович. Теперь Юрию Святославичу пришлось рассчитывать только на себя. Защитить Смоленск мог только московский великий князь Василий Дмитриевич. Но, увы, недалекий «собиратель земель русских» был под каблуком у жены.

Юрий Смоленский поехал в Москву и стал умолять князя Василия: «Тебе все возможно, потому что он тебе тесть, и дружба между вами большая, помири и меня с ним, чтоб не обижал меня. Если же он ни слез моих, ни твоего дружеского совета не послушает, то помоги мне, бедному, не отдавай меня на съедение Ви-товту. Если же и этого не хочешь, то возьми город мой за себя, владей лучше ты им, а не поганая Литва».

Василий обещал помочь, но медлил. По сему поводу Суп-расльская летопись говорит: «Князь же Василий обеща ему дати силу свою и удержа его на тые срокы, а норовя тьсти своему Ви-товту». То есть попросту Василий арестовал Юрия и дал знать об этом тестю.

Витовт не заставил себя ждать и в 1404 г. с большим войском заявился к Смоленску. Несколько изменников бояр открыли ему городские ворота и выдали жену Юрия — дочь Олега Рязанского. Витовт в Смоленске особой популярностью не пользовался, поэтому многих бояр он казнил, а других взял с собой в Литву вместе с княгиней и малолетними детьми князя Юрия. Там они и погибли в заточении. В Смоленске был посажен наместник Витовта. С удельным княжеством Смоленским на этот раз было покончено навсегда.

А что же делал «собиратель русских земель» Василий I? Да ровным счетом ничего. Узнав о захвате Смоленска Витовтом, он свалил все с больной головы на здоровую и заявил Юрию Святославичу: «Приехал ты сюда с обманом, приказавши смольня-нам сдаться Витовту». Юрий, видя гнев московского князя, уехал в Новгород, где жители приняли его и дали тринадцать городов.

Витовт в 1403 г. взял и Вязьму — столицу одноименного удельного княжества, находящуюся примерно в 210 км от Москвы и в 150 км от Смоленска. При этом вяземские князья признали себя вассалами Великого княжества Литовского, но сохранили свою власть в княжестве. Как и в случае со Смоленском. Василий I промолчал.

Чтобы разобраться в последующих событиях, нужно несколько слов сказать и о делах церковных. С 6 марта 1390 г., то есть со дня торжественного возвращения в Москву, Киприан на 15 лет стал единственным митрополитом всея Руси в полном смысле этого слова.

Киприан балансировал между Вильно и Москвой, при этом отдавая заметное предпочтение Витовту. Он вместе с Василием 1 на несколько месяцев посетил Смоленск, а затем полтора года прожил в Киеве.

В 1404 г. Киприан вновь отправляется в Смоленск и в Вильно к Витовту, а затем заезжает в Киев. Витовт дал много подарков и денег митрополиту. В Литве Киприан вершит и церковный суд. Он велит схватить в Киеве своего наместника архимандрита Тимофея и тамошних своих слуг и отвезти их в Москву. По настоянию Витовта Киприан лишил сана туровского епископа Антония, обвиненного в сношениях с татарами. Антоний под стражей был увезен в Москву и заточен в Симоновом монастыре.

16 сентября 1406 г. в своем подмосковном селе Голенищеве умер митрополит Киприан. Позже его московские церковники причислят к лику святых.

Сразу после смерти митрополита Киприана Витовт отправил к патриарху Матвею 1 полоцкого епископа Феодосия. Витовт просил императора и патриарха: «Поставьте Феодосия нам в митрополиты, чтобы сидел на столе киевской митрополии по старине, строил бы церковь божию по-прежнему, как наш, потому что по воле божией мы обладаем тем городом, Киевом».

Великий князь московский Василий I не имел достойного кандидата, да и не хотел идти на прямой конфликт с тестем, и обратился в Царьград с просьбой поставить митрополита «по старой пошлине» (обычаю). Это следовало понимать в том смысле, что Москва готова принять митрополита, указанного патриархом.

И вот 1 сентября 1408 г., спустя два года после смерти Киприана, патриарх Матвей поставил митрополитом киевским и всея Руси грека Фотия. Это был уроженец Морей (полуостров Пелопоннес), в юные годы ушедший в монастырь.

1 сентября 1409 г. Фотий прибыл в Киев, где и пробыл 7 месяцев. То, что свое святительство на Руси он начал с первопрестольного митрополичьего города, обещав Витовту не оставлять своим попечением Литовскую Русь, сделало возможным примирение митрополита с великим князем литовским.

В 1410 г. Фотий прибыл в Москву. Деятельность свою он начал с устроения весьма запущенных дел Русской митрополии.

Фотий. подобно Киприану. хотел быть не московским митрополитом, а подлинным митрополитом всея Руси. Управлять митрополией только из Москвы или только из Киева означало стать на стороне Москвы или Литвы, поэтому Фотий стал «кочующим митрополитом». Пробыв несколько месяцев в Москве, в 1411 — 1412 гг. он совершил длительное турне по южным епархиям, посетив Киев, Галич, Луцк и т.д.

Витовт мечтал о создании сильного русско-литовского королевства с единой и зависимой от него власти церковью. Причем сами по себе внутренние проблемы мало волновали великого князя. Понятно, что митрополит всея Руси, стоявший над московским и литовским великими князьями, не устраивал Витовта. И тут вовремя подоспела кляуза киевских иерархов на Фотия, мол, «митрополит переносит из Киева в Москву все узорочье церковное и сосуды, пустошит Киев и весь юг тяжкими пошлинами и данями».

В 1414 г. Витовт лишил Фотия права управлять западнорусскими епархиями. Он пожаловался в Царьград и просил патриарха поставить митрополитом на Литву племянника Киприана Григория Цамвлака. Однако в Царьграде по-прежнему не любили чужих избранников и при бедственном положении империи надеялись получить помошь скорее от своего Фотия, чем от кандидата Витовта — болгарина Григория, и просьба Витовта была отклонена.

После окончательного отказа Константинополя в поставлении Цамвлака Витовт решил действовать самостоятельно, и Григорий Цамвлак был посвящен в митрополиты собором епископов литовской Руси — полоцкого, черниговского, луцкого, владимирского, перемышльского, смоленского, холмского, гуровского. В итоге несколько лет в Великом княжестве Литовском был свой митрополит, а в Москве — свой.

В 1419 г. Цамвлак умирает , и Витовт соглашается признать власть митрополита Фотия над русской Литвой. Главной причиной этого стала возможность сделать Василия II своим вассалом. Со своей стороны Фотий прекрасно понимал слабость нового великого князя московского и тоже искал союза с Витовтом.

Извещая о примирении с Витовтом, Фотий писал: «Христос, устрояющий всю вселенную, снова древним благолепием и миром свою церковь украсил и смирение мое в церковь свою ввел, советованием благородного, славного Великого Князя Александра (Витовта)». (Александр — православное имя Витовта.) Что же произошло? Отчего давние враги кинулись в объятия друг друга?

Василий I, видимо, уже к 1423 г. предчувствовал приближение смерти и был крайне озабочен проблемой престолонаследия. Над ним «дамокловым мечом» весело завещание Дмитрия Донского, по которому, как мы знаем, Василию наследовал брат Юрий. Причем это была не прихоть Дмитрия, а норма древнерусского феодального права, существовавшего уже 600 лет.

Князю Юрию было 49 лет, и он показал себя опытным полководцем. Так, в 1392 г. он водил рати на Новгород и взял Торжок, в 1399 г., как мы уже знаем, воевал в Булгарии, и т.д.

К 1425 г. у Юрия Дмитриевича было четыре взрослых сына (20—25 лет): Василий Косой, Дмитрий Большой (Шемяка), Дмитрий Меньшой (Красный) и Иван. Таким образом, у Юрия Дмитриевича было кому продолжить династию и кому защищать княжество. Любопытно происхождение прозвища Шемяка. Судя по всему, он происходит от слова «шеемяка», то есть силач, способный любому намять шею. Дмитрий Шемяка при небольшом росте (около 168 см) был крепкого телосложения и обладал большой физической силой.

Согласно духовному завещанию Дмитрия Донского Юрий Дмитриевич в 1389 г. получил в удел города Звенигород, Рузу и Галич Мерьский (он же Костромской). Столицей своего удела Юрий сделал подмосковный Звенигород. Точное время его основания неизвестно, но, во всяком случае, он существовал к началу ХШ века и принадлежал черниговским князьям. В начале XIV века Звенигород был захвачен московскими князьями.

В центре города находился мощный деревянный кремль. Толщина земляного вала превышала 4 м, а высота — 8 м. Огромная добыча, захваченная Юрием в булгарском походе, позволила ему начать большое каменное строительство в Звенигороде. Почти в самом центре кремля Юрием на рубеже XV века был построен белокаменный Успенский собор на Городке. Тогда же собор был расписан группой мастеров с участием молодого Андрея Рублева и Даниила Черного. Рядом с Успенским собором, к юго-западу от него, была возведена княжеская резиденция, а по соседству, уже за пределами крепости, находился конюшенный двор.

В полугора километрах от города на левом берегу речки Сторожки, близ ее впадения в Москву-реку, в самом конце XIV века был построен Савво-Сторожевский монастырь, своим появлением обязанный бывшему игумену Троице-Сергиева монастыря Савве, которого Юрию удалось перезвать к себе. В течение семи или восьми лет он был первым игуменом основанной им обители. Большинство исследователей датой основания монастыря называют 1398 г. или 1399 г. В 1405 г. в монастыре строится белокаменный Рождественский собор.

Кто же мог противостоять Юрию Дмитриевичу после смерти великого князя Василия I? Семилетний сын Василия I Василий и два иностранца — грек Фотий и литовка Софья Витовтовна? На кого мог положиться Василий I? На Орду? Конечно, ее нельзя было сбрасывать со счетов, но «замятия» там продолжалась, с 1411 по 1420 г. в Орде сменилось 9 ханов, причем ханы Пулат и Джел-ла-зд-дин вступали на престол дважды. А в 1421 г. Золотая Орда распалась на Западную и Восточную части. Ханом Западной части стал в 1421 г. Улу-Мухаммед, а Восточной — Хаджи-Магоммед (Хаджи Махмуд хан). В 1423 г. Барак-хан разгромил войско Улу-Мухаммеда и захватил его владения. Улу-Мухаммед бежал в Литву и попросил помощи у Витовта.

По научению жены Василий Дмитриевич в 1420 г. отправил к Витовту Фотия со своей духовной грамотой, в которой отдавал своего сына Василия под покровительство великого князя литовского. Замечу, что этим актом сын Дмитрия Донского делал вассалом великого князя литовского не только своего сына, но всю Владимиро-Суздальскую Русь. Таким образом, Василий 1 из ревности, а может, и ненависти к брату готов был поступиться независимостью Московского княжества.

Витовт, естественно, согласился и на радостях помирился с Фотием. «А сразу за Фотием в Литву отправилась великая княгиня Софья Витовтовна, привезшая восьмилетнего Василия Васильевича на свидание с дедом в Смоленске. Очень вероятно, что именно тогда все еще находившийся в Литве (поскольку Борак доминироват в степи по меньшей мере до лета 1423 г.) хан Улу-Мухаммед и выдал на имя сына великого князя ярлык. Инициатива в этом, можно полагать, исходила от Витовта, желавшего таким образом еще более оградить владельческие права внука от возможных притязаний со стороны его дядьев с отцовской стороны».

Но вернемся в ночь на 27 февраля 1425 г. Буквально через несколько минут после смерти Василия I митрополит Фотий отправил в Звенигород к князю Юрию Дмитриевичу своего боярина Акинфа Ослебятева. Он должен был передать князю требование девятилетнего великого князя Василия II прибыть в столицу и присягнуть.

Князь Юрий немедленно начал собираться и вместе с дружиной отправился в... Галич. Это был открытый вызов московской клике. «Клика» — это самое скромное название людям, правившим от имени девятилетнего ребенка: властолюбивой старухе, честолюбивому греку и кучке бояр, не желавших делиться своим положением и своими доходами с боярами князя Юрия.

Славный витязь Юрий Дмитриевич, став великим князем, немедленно бы покончил с татарским игом. И это не только личное мнение автора. Так А.А. Горский писал: «...в Орде продолжалась борьба за власть между несколькими претендентами. Ни один из них не располагал серьезной военной силой: показательно, что Борак и Худайдат в период своего максимального могущества терпели поражения от относительно небольших литовско-русских воинских контингентов. Если бы в московских правящих кругах существовало стремление покончить с зависимостью от Орды, для этого был весьма подходящий с военно-политической точки зрения момент — средств для восстановления власти силой, как у Тохтамыша и Едигея, тогда не было».

Категория: КУЛИКОВСКАЯ БИТВА И РОЖДЕНИЕ МОСКОВСКОЙ РУСИ | Добавил: admin (06.02.2015)
Просмотров: 285 | Теги: рождение Московской Руси, история Отечества, рассказы по истории для школьников, История России, куликовская битва, занимательная история | Рейтинг: 0.0/0

ШКОЛЯРИК-АСТРОНОМ

КОСМИЧЕСКАЯ АЗБУКА В СТИХАХ

ОНЛАЙН-ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
    "АСТРОНОМИЯ"


АСТРОНОМИЯ В ЗАНИМАТЕЛЬНЫХ
    ФАКТАХ



ШКОЛЯРИК-ХИМИК

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ "ХИМИЯ"

СБОРНИК ОСНОВНЫХ ФОРМУЛ
    ПО ХИМИИ


ЭСПЕРИМЕНТ ПО
   ОРГАНИЧЕСКОЙ ХИМИИ
    В ШКОЛЕ


ОПЫТЫ БЕЗ ВЗРЫВОВ

ЧУДЕСНАЯ МОЛЕКУЛА

ЗАДАЧИ ПО ОРГАНИЧЕСКОЙ
   ХИМИИ


КОНТРОЛЬНЫЕ ЗАДАНИЯ
   ПО ОБЩЕЙ И НЕОРГАНИЧЕСКОЙ
   ХИМИИ


ЗАДАЧНИКИ ПО ХИМИИ

ЗАДАЧИ ПО ХИМИИ С РЕШЕНИЯМИ ДИДАКТИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛ К
   УРОКАМ ХИМИИ. 8 КЛАСС


ПРОВЕРОЧНЫЕ РАБОТЫ
    ПО ХИМИИ.10 КЛАСС

ПРАКТИЧЕСКИЕ РАБОТЫ
    ПО ХИМИИ.8 КЛАСС

ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ И
    МАТЕМАТИЧЕСКАЯ
    ХИМИЯ


ГИА ПО ХИМИИ. 9 КЛАСС

ЗАНИМАТЕЛЬНО О ХИМИИ


ОБЩЕСТВОЗНАНИЕ

ОБЖ

5 КЛАСС

6 КЛАСС

8 КЛАСС

УЧИМ ПРАВИЛА ДОРОЖНОГО
   ДВИЖЕНИЯ


ТЕРРОРИЗМ - ЗЛО!

АЗБУКА ВЫЖИВАНИЯ


ШКОЛЯРИК-ПСИХОЛОГ

Я И МОЙ ВНУТРЕННИЙ МИР

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ ШКОЛЬНИКА
   "ПСИХОЛОГИЯ"


ТРЕНИНГИ РАЗВИТИЯ С
   ПОДРОСТКАМИ


УПРАЖНЕНИЯ ДЛЯ РАЗВИТИЯ
   КРЕАТИВНОСТИ ШКОЛЬНИКОВ


ТЫ УМЕЕШЬ ХОРОШО УЧИТЬСЯ!


ШКОЛЯРИК-ВСЕЗНАЙКА

СПРАВОЧНИК ШКОЛЬНИКА

ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ

ЛИЧНОСТЬ В ИСТОРИИ

ИСТОРИЯ МИРОВОЙ КУЛЬТУРЫ

ШПАРГАЛКИ ДЛЯ
   ШКОЛЬНИКОВ


МУЗЫКАЛЬНЫЙ СЛОВАРЬ
   В РАССКАЗАХ


ДОСУГ ШКОЛЯРИКА

Поиск

НАШИ  ДРУЗЬЯ








Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  • Copyright MyCorp © 2018
    Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru